4
0Я думала, он порвет мне рубашку или чего хуже – заедет по лицу, но тут в нашу потасовку вмешался третий – Макеев. Снова, подобно супергерою, молча отпихнул меня от Калистратова и схватил его за грудки.
– Опять ты? – чуть не плача, проканючил Стас. Сразу же как-то обмяк и ссутулился. Только его ноздри продолжали некрасиво раздуваться. Все-таки Калистратов был очень зол. – Зря стараешься и бегаешь за ней, Макеев! Зуева с географом после уроков в кабинете закрывается и на улице с ним милуется. Я сам видел. Наташа твоя – обычная учительская подстилка!
После этих слов Тимур изо всей силы вмазал Стасу в скулу. Теперь уж мы с Янкой обе заверещали. Калистратов пошатнулся и беспомощно ухватился за подоконник. Потом вдруг поднял голову, усмехнулся и грязно выругался.
– Ударь меня еще раз, Макеев, – улыбаясь, сказал Стас. – Тогда тебе, как и этой подстилке учительской, недолго в этой школе придется оставаться.
Просить Тимура дважды не пришлось. Макеев снова ударил Калистратова. Один раз, второй… Тут же на наши с Казанцевой вопли из классов выскочили другие ребята. Парни кинулись разнимать, хотя там и разнимать было нечего. Просто кое-как оттащили в сторону Макеева. Это больше походило на избиение, а не на драку. Стас сполз по стеночке и теперь прикрывал голову руками. Вскоре рядом с нами очутилась разъяренная директриса.
– Макеев! – кричала она, бросившись к Стасу, который выглядел просто жалко. Из его носа потекла кровь. – Макеев!..
Директрису буквально трясло от ярости. Худенькая, сухонькая старушка в пиджаке, который был явно больше на пару размеров.
– Ты знаешь, Макеев, что в школе драки запрещены! – продолжала она.
Калистратов, как нарочно, распластался на полу и чуть ли не рыдал. Мне было ни капельки его не жаль. Наоборот, хотелось подойти и пнуть. Несмотря на поговорку «лежачего не бьют».
– Стасик! – кинулась перед ним на колени директриса. – Стасик, мальчик мой, ты как? Не тошнит? Сотрясения нет?
– Стас получил за дело! – подала я возмущенный голос.
Директриса посмотрела на меня снизу вверх таким озлобленным взглядом, что мне стало не по себе. Ясно как божий день: во всем, что происходило в этом декабре со Стасом, они всей семьей винили меня.
Но меня это не пугало. Меня потряхивало от несправедливости. Я упрямо продолжила:
– Если кто и виноват в том, что случилось, так это ваш внук! Он первый меня схватил, а Тимур…
– Хватит! – выкрикнула директриса. Вокруг нас, несмотря на урок, собиралось все больше людей. – Хватит, Зуева! Замолчи! Мы что, животные, выяснять отношения таким образом? И мы еще поговорим о твоей распущенности в школе. Не знаю, что вы задумали против Стасика, но я этого так не оставлю!
– Но так и есть, – подключилась Яна.
