5
0
— Чем же я обязан за столь пристальное внимание?
Поджаров улыбнулся каким-то своим мыслям.
— Не ты обязан — мы тебе обязаны. Отдохнуть епархии у самого Ражного! Они же никто этого не осознают. Но зато я отлично представляю, с кем имею дело.
— Ну-ну, продолжай, — разрешил он. — А я тебя послушаю.
— Помню, у тебя привычка была перед схваткой руку в штаны пихать, яйца укладывать. Была?.. Мы ещё смеялись: ну все, Бирюк яйца уложил, сейчас противника уложит! А ты прилично боролся! Я только-только мастера выполнил, а ты…
— Почему — Бирюк? — спросил хмуро Ражный.
— Да это так тебя звали, за глаза, в кулуарах, среди молодняка, — в голосе его послышалась ностальгия. — Мы на видео снимали твои поединки, а потом на разборе полётов в замедлении крутили… Я все хотел понять, как ты делаешь захват девой. Вроде бы за кимоно, а получается со шкурой… Столько раз видел, а повторить не могу… Нет, объясни, как это делается? С захватом?
— Может, показать?
— Показывать не надо! — засмеялся Поджаров. — Я же все-таки финансовый директор!.. Или это твой секрет?
— Никакого секрета, — пожал плечами Ражный, отмахиваясь от комаров.
— Я тренировался, не получается…
— Потому что был сытый. Всегда был сытый и не испытал волчьего голода.
— Не понял, ты о чем?
— О голоде. Голодный волк вырывает у бегущего лося куски мышц. Вместе со шкурой. Одним щипком. Он не давит его за горло, это враньё. Он вырывает промежность и неторопливо идёт следом. Добыча через километр ляжет от потерю крови…
— Но ведь надо ещё иметь руку, как волчья пасть. Желательно с клыками. Ну-ка, покажи руку?
— Ты же не цыганка, руку тебе показывать…
— Нет, точно Бирюк! Не зря прозвище дали… Слушай, Вячеслав, я вспомнил: у тебя ещё одна привычка была — лежать на земле после схватки.
— Отдыхал.
— Ну, перестань! Я знаю, это ритуал какой-то. Но так никто ничего не понял. Болтали даже, будто ты какой-то свой допинг изобрёл, который медики не ловят. Было или нет?
— Ерунда…
— Зачем тогда отлёживался?
— Приземлялся, — честно сказал Ражный, однако собеседник не поверил, опять принял за отговорку.
— Нет, ты всегда был какой-то странный, с прибабахом.
Ражный молчал, поскольку не мог объяснить, почему и ради чего ушёл. Но Поджаров опять понял по-своему.
— Что ты в самом деле? Расслабься, отдохни, — дружески похлопал по плечу. — И не бери в голову проблемы эти! Сейчас приведут Каймака, никуда он не денется… Слушай, а ты сколько уже не борешься?
— Почему? Все время борюсь… В основном за место под солнцем.
