Ты не заставишь меня

— Ты один?

— Мне не нужно войско, чтобы справиться с женщиной, – Демьян усмехнулся и развалился на диване, заинтересованным взглядом проводил очередную нимфу и залпом допил шампанское. — Аукцион начался, – он поднялся. — Пойду поближе к сцене.

Вскочила на ноги после такого заявления, отмахнулась от Марата и следом за Демьяном шагнула в топлу в черных плащах.

Как стая воронов.

И он так быстро смешался с ними, что я не сразу заметила его, лишь когда ведущий со сцены выкрикнул, что разыгрывается лот номер раз – один из гостей захлопал первым.

— Ты про оружие говорить пришел или на баб пялиться? – не смогла громкость отрегулировать, так разозлилась, со всей силы дернула его за рукав, и он повернулся.

— Ты помнишь мои условия, – он схватил меня в ответ, дернул на себя. Рукой невольно скользнула по его талии, и тяжело сглотнула.

Какой крепкий, теплый, красивый, такой настоящий, родной и недоступный, я в его мир попала, в его бизнес, но оказалась по другую сторону, и между нами забор теперь, стена, высотой до неба.

Встала на носочки и шепнула.

— А что будет, если я сделаю, как ты хочешь?

Он услышал, нерв дрогнул на скуле.

Он наклонился, и мы оказались еще ближе. Лицо в миллиметре от моего, он провел носом по моей щеке и шумно втянул воздух, запах, его руки сжали бедра.

— Не знаю, что будет, Коваль. Посмотрим.

— То есть ты мне даже точного ответа дать не можешь? – отстранилась. — Что ты предлагаешь? На авось надеяться?

— Я предлагаю думать о ребенке.

— А я что делаю, Демьян, – вырвалась, и внутри с прежней силой вспыхнула злость, запустила пальцы в волосы, отбрасывая их с лица. — Я человека убила, и без помощи не выжила бы, у меня обязательства, я уйти не могу. А ты что мне говоришь? Посмотрим?

— Орать перестань.

— Нет.

— Тогда иди спать, Алина, – спокойно послал он меня, — сейчас я тебе ничего обещать не могу.

И я толкнула, ладонями в крепкую грудь, развернулась.

Работая локтями, распихивая гостей, пробралась к выходу.

Конечно, он не может. Я же предательница. С которой сексом заниматься можно, а простить нельзя, тут он подумает.

И как я должна такому человеку довериться? А если я уйду из бизнеса, а Демьян у меня потом ребенка заберет и вышвырнет?

Мне ведь никто не поможет.

Поднялась наверх, остановилась на площадке и прислонилась к перилам. Мутит, и перед глазами пол качается, я как на палубе в шторм.

Не доеду домой.

— Ты как? – послышался голос Марата, и на талию опустилась его рука, — о, кому-то плохо. Выпила все же? – он привлек к себе, повел в коридор. — Давай приляжем.

— Сейчас пройдет, – мысленно начала считать до десяти, рукой слабо махнула в воздухе, в поисках стены.

Марат вдруг остановился, и пол покачнулся снова.