Ты не заставишь меня

Там ведущий – мужчина в смокинге и с черной маской на глазах, он голосит в микрофон.

А вокруг гости. В черных плащах, как Зорро. Спасители. Благотворители. Готовые кучу денег пожертвовать за красоту и любовь на одну ночь.

— Туда, – Марат подвел меня к столику в вип–зоне, за которым Демьян сидел в тот вечер. Когда я его выставила из казино.

— Что вам принести, Алина Руслановна? – он надавил на мои плечи, усадил на диван. — Шампанское? Слышала что-нибудь о традициях пить игристое? Это полезно.

– Давай минералки. Она тоже с пузырьками, – улыбнулась, и замерла, когда в дверях зала показался Демьян.

Его фигура четко обозначилась в полосе света из холла, а возле него нимфа в белом коротком платье. Она накинула ему на плечи плащ и протянула маску.

Демьян надвинул маску на глаза и шагнул в зал. Посмотрел по сторонам.

Неловко взмахнула рукой, показывая, где я, внутренне затрепетала, когда он, немедля, пошел ко мне.

— Зачем надо было уезжать со склада? – привстала на диване, встречая его, — если ты сразу за нами приехал. Ради аукциона? И как часто ты в них участвовал?

— Я тебя поражаюсь, Коваль, – он уселся напротив и к нему тут же бросилась нимфа-официантка с подносом. Он с улыбкой взял бокал. — Работаешь в этом притоне. И моим моральным обликом недовольна.

— Ты ругаться пришел?

— Нет. У меня полно денег. И я пришел их тратить, – он отпил шампанского и поправил маску на глазах.

Недоверчиво уставилась на него.

О чем он говорит? Он ведь не будет…

— Забыл, как тебя уже один раз отсюда выставили? – не удержавшись, подалась вперед, к нему.

— Алин, ты знаешь, чего я хочу, – он тоже наклонился. Крохотный столик, разделяющий нас, и все. — У меня никого нет, – напомнил он, и в его черных глазах блеснули ламы, так гипнотически, как звезды в космосе. — Есть только ты. Женщина, которая убить меня пыталась.

— Ты же знаешь, Демьян.

— Не перебивай, – он придвинулся еще ближе, широко расставив руки оперся на стол. — Мы с тобой всё потеряли. И если что-то с моим ребенком случится – я тебя застрелю.

Его тон спокойный, размеренный. Взгляд потяжелел, стал жестким. Он не шутит, и это не эмоции, он уверен, ведь позади и, правда, больше нет ничего, разрушенные мосты.

— По-твоему, мне плевать, что будет с ребенком? – оскорбилась, как он может такое мне говорить, я ведь уже люблю этого малыша, их обоих.

— По-моему, да, плевать, – подтвердил он, поднял бокал и приблизил к моим губам. — Выпьешь, Коваль? За здоровье.

— Что ты делаешь, – в раздражении отбросила его руку, расплескав по столу Абрау-Дюрсо.

Тяжело выдохнула и откинулась на диване."

"— Демьян, приехал уже? – прозвучал над головой голос Марата, он поставил передо мной высокий стакан с минералкой и уселся рядом. Настороженно огляделся.