6
0"Илона Волынская, Кирилл Кащеев
Пять лимонов на мороженое
Пролог без особого смысла
– Нет, ну у всех дети как дети! Кто спортом занимается – придешь на работу, все своими чадами хвастаются, плюнуть некуда от малолетних чемпионов! Кто по-английски шпрехает…
– Спикает… – буркнул ребенок.
– Чего?
– Шпрехают – по-немецки, по-английски – спикают… – кротко пояснил ребенок, бросая на отца невинный взгляд из-под густых и длинных ресниц.
– А ты и не шпрехаешь, и не спикаешь, а только на отца огрызаешься! – парировал отец.
– Я, между прочим, без дела не сижу! – впервые выказал признаки обиды ребенок. – У меня свои занятия есть!
– Ох уж занятие у тебя – стыдно кому рассказать! – взвился отец. – Перед другими родителями стыдно! У кого дети животных дрессируют, у кого – спортом занимаются…
– Про спорт ты уже говорил, – сквозь зубы процедил ребенок.
Отец вдруг почувствовал, что он невыносимо устал:
– Я думал – ты мне помощником станешь… А ты… – и он безнадежно махнул рукой. – Настоящего смысла в твоей жизни нет, понимаешь?!
Глава 1
Жадность – лучшая антикризисная политика
– Сколько будут стоить эти тридцать гектаров земли? – вынимая изо рта ручку, в отчаянии вопросила Катька. На черенке ручки виднелись отчетливые следы зубов.
– Смотря где, – не отрывая глаз от разложенных перед ним бумаг, буркнул в ответ Сева. – Если в пределах четырехкилометровой зоны – одна цена, если десятикилометровой – немножко другая, а если километров за сто от города – земля резко дешевеет. Хотя всего-то час езды на машине!
– У нас нет машины, – фыркнула Мурка. Близняшки Мурка и Кисонька походили друг на друга, как две капли воды, но перепутать их было невозможно. Десантные, защитного цвета штаны Мурка заправляла в высокие ботинки на толстенной подошве. На вешалке сохла ее мокрая армейская куртка. Ярко-рыжие волосы стянуты в тугой хвост. Кисонька же восседала, изящно скрестив ножки в ботиночках на каблуках, носила стильное пальто, а ее завитые крупными кольцами рыжие волосы рассыпались по плечам вроде бы небрежно, хотя Сева был абсолютно уверен, что так их уложила сама Кисонька после долгих раздумий и прикидок. И наверняка лаком сбрызнула, чтоб не сместились. Короче говоря, приклеила.
– Да, у нас нет машины! – подтвердил Сева. – И кого за это надо благодарить?
– Тебя, – не менее мрачно, чем Мурка, буркнула Кисонька.
– Вот именно! – торжествующе провозгласил Сева и гордо огляделся по сторонам, проверяя, все ли слышали. – Благодарить, низко кланяться, и возносить мне хвалу – причем не менее трех раз в день! За то, что перед самым международным финансовым кризисом я не дал вам, умникам, влезть в кредит на машину! Но от вас разве дождешься… – Он безнадежно вздохнул.
