3
0И отзывы о нем как будто были самые противоречивые. Вы чай будете?
– Всенепременно. Да и от рюмочки не откажусь в честь таких-то известий.
Шергин вышел на лестницу и кликнул Лизавету Дмитриевну. Та, догадавшись сама, уже несла поднос с чайниками, чашками и связкой кренделей.
Громко, со вкусом прихлебывая душистый, с травами чай, штаб-ротмистр продолжал:
– Но это не все. Из достоверных источников известно: Комитет Учредительного собрания в Самаре, коротко КОМУЧ, объявил о создании своего правительства и Народной повстанческой армии. В Самаре успешно произошел офицерский мятеж, и руководил им подполковник Каппель.
Шергин откупорил початую бутылку вина, разлил по бокалам.
– Что ж, – чувствуя некоторое возбуждение, произнес он, – о Каппеле я наслышан как о честном и храбром человеке. Будем надеяться, что господа кадеты и эсеры из этого Комитета не обоср…ся от собственной смелости и не будут мешать честным русским людям выполнять свой долг перед отечеством. За Россию, ротмистр.
– За победу русского духа, – добавил Чесноков.
– Кстати, что это за достоверные источники? – выпив до дна, поинтересовался Шергин.
Штаб-ротмистр рассмеялся.
– Я подслушал на базаре разговор двух остолопов из советской милиции. Они так простодушно сердились на контрреволюционные мятежи, что не заслушаться их беседой было невозможно. А что у вас, Петр Николаич? Встречались с попом?
Шергин в двух словах обрисовал ситуацию.
– Необходимо как можно скорее убедить государя, – подытожил он, – что его дальнейшее пребывание в большевистском застенке угрожает ему и наследнику смертельной опасностью.
– Это значит, что у нас мало времени, – сказал Чесноков. – Нужно искать и другие пути сообщения с пленниками.
– Я уже думал о подкупе охраны. Отец Сергий снабдил меня кое-какими сведениями. Еду арестантам приносят из комиссарской кухмистерской, ею заведует какой-то еврей. Так вот, один из помощников коменданта дома самолично наведывается туда и наблюдает за доставкой.
– С наскока может не получиться, – засомневался Чесноков. – А действовать нужно наверняка.
– Побольше развязности, наглости и похабных шуток – получится. На красную сволочь это действует как пароль. Вам, ротмистр, это вполне удастся, я полагаю, простите за прямоту.
– Да чего уж там, – хмыкнул Чесноков. – По молодости два раза на дуэль вызывали за эти самые шутки. Едва жив остался.
