Разборки авторитетов

– Наши люди интересуются, остаются ли в силе последние соглашения о нашей доле в вашем бизнесе?

На секунду дона Пачетти охватило чувство растерянности. Малоулыбчивый русский своей предельной конкретностью и прямотой заставлял опытного мафиози испытывать внутренний трепет.

– Надеюсь, уважаемый, вы меня не приняли за дешевую проститутку, – ответил он сдержанно. – Дон Пачетти никогда не изменяет однажды данному слову.

– Я удовлетворен ответом. А теперь мне надо идти. Время поджимает, мистер Пачетти.

– Очень жаль, что вы не попробуете лангустов в белом вине, мистер Севастьянов.

– Благодарю вас, мистер Пачетти. С удовольствием отведаю как-нибудь в другой раз.

Мигеля удалось разыскать быстро. Он действительно сидел в одном из игорных залов казино «Франческо» и спускал сотню за сотней. Для него, казалось, проигрыш – такое же обыкновенное дело, как одарить улыбкой проходящую мимо красавицу. Мигель придерживался золотого правила – заработанным нужно делиться. А поскольку к богоугодным делам он испытывал отвращение, то свой взнос в общее дело совершал через казино.

Мигелю было тридцать с хвостиком – возраст, когда хочется развлечений, женщин и денег. Всего этого у него было в избытке. А сам он казался воплощением порока: высокий, черноволосый, с крепким, сильным телом, Мигель, вне всякого сомнения, производил на женщин сильное впечатление. Слабый пол перед ним устоять не мог. Женщины сходили от него с ума, ощущая в нем самца, способного ублажить самую похотливую самку, увлечь и повести ее за собой, заставить терять голову и отдаваться по первому его зову. Мигель по своей сути был вожаком, вожаком стаи.

Проиграв в очередной раз, Мигель поднялся, кивком поблагодарил крупье и легко, пружинистой походкой пересек зал и вышел на улицу. Он никогда не появлялся без сопровождения. Поговаривали, что два его верных телохранителя служили ему не только живым щитом, что, мол, мальчики также его слабость.

Мигель осмотрелся и остался недоволен. Телохранители куда-то подевались, даже не предупредив его! Это никуда не годится. С девками, что ли, валандаются? Если это так, придется отбить охоту."

"Он не мог предположить, что в ста метрах от «Франческо», в густых кустах колючей акации, лежат два остывающих трупа.

Мигель нервно закурил и, закинув ногу на ногу, присел на скамейке.

Назар Севастьянов подошел к нему сзади и, ткнув револьвером в спину, тихим голосом сказал:

– Слушай меня, дерьмо собачье. Ступай вперед, не оглядываясь, к черному «Форду». Если дернешься хоть раз, выпущу тебе кишки вот этой дурой. – И Сивый снова ткнул мексиканца револьвером под ребро.