8
0
Я прислушиваюсь к себе и в ужасе понимаю, что организм начинает готовиться к беседе. Запах Андрея, его голос, его приказной тон напрочь ассоциируются у меня с запретным удовольствием.
Не то чтобы я вот прям голову теряю, но если что, коварное тело готово расслабиться и получить удовольствие. Осознание самого факта своей распущенности только добавляет перчинки в нотку возбуждения, блуждающую у меня внизу живота.
— Раз ты у нас такая деловая, — крупная ладонь оглаживает мое бедро. — У меня есть к тебе деловое предложение. Я тебя хочу. И я тебя возьму. Но у тебя есть возможность с этого что-то поиметь.
Я не сразу понимаю, о чем говорит Градов, потому что его рука забирается под свитерок и уверенно накрывает мою левую изрядно взволнованную этим фактом грудь.
А вот когда до меня доходит…
Я вскипаю:
— Да что вы себе позволяете! — вырываюсь я из тисков Андрея. — Если у меня секса давно не было, это не значит, что я с любым готова! Ничего мне от вас не надо! Да я бы с вами на трезвую голову никогда! А вы! Вы же поняли, что я не эта самая, и все равно!
Моя сумбурная речь явно производит впечатление.
Выражение лица Градова становится интересным.
— Ничего себе ты оголодала, — недоверчиво произносит он.
Ну это уже вообще ни в какие ворота не лезет!
— Это все крепкий алкоголь, и голос этот ваш. Не надо выставлять меня шлюхой… — в запале я уже начинаю наскакивать на Андрея. Тот смотрит на меня сверху вниз нечитаемым взглядом, и вдруг выдает:
— Да ладно? Кто-то слишком правильный котенок, но в душе грязная послушная…
Ы… Да что ж он за свин какой!
Раскусил и сиди довольный молча! Зачем в слух-то?
— Ой все!
— Не-а, — хищно улыбается Градов. — Теперь точно не все.
В одно движение, он усаживает меня канцелярской попой на стол генерального. Секунда, и Андрей уже стоит между моих разведенных ног, увлеченно задирая многострадальный свитер.
Я сопротивляюсь до тех пор, пока сухие губы не впиваются в мои.
Они буквально подавляют волю.
А дальше как будто мне опять стакан вискаря налили. В голове становится гулко и пусто. Бросает в жар, и сердце ухает куда-то в живот.
Градов целоваться умеет. Его поцелуи — это диверсия какая-то.
— Ай-яй-яй… Наказывать и наказывать, — бормочет между поцелуями Андрей.
А? Что?
В реальность меня возвращает грохот из-за двери.
Судя по звуку, уборщица добралась и до этого помещения, и у нас вот-вот будут свидетели.
Твою мать! Руки Градова уже пытаются расстегнуть на мне джинсы!
Не то беда, что он меня трахнуть хочет, а то что я могу не устоять!
Выпучив глаза, я вывинчиваюсь из жарких объятий. У меня это даже выходит, потому что Андрей явно не ожидает моего дезертирства.
