Моя любимая проблема

Какого хрена я, вообще, полезла к этой, чтоб её, Аглае?

Профиль, сосредоточенный исключительно на дороге, казалось, вообще забыл о моём здесь присутствии.

- Завтра же съезжу в секс-шоп, - неожиданно произнес он.

Облегченно выдохнула.

Не умеет он долго на меня злиться. Никогда не умел.

Но затем сразу напряглась.

- Секс-шоп? Зачем в секс-шоп?

- Тебе нужны наручники и кляп побольше, - мазнул он по мне взглядом, слишком быстро подавив ехидную улыбочку.

- Не могу устоять перед светской беседой, знаете ли.

- Ты только что за считанные секунды свернула кровь жене моего поставщика «алкашки».

- Жене? – выгнула я скептически брови. – Она чья-то жена? А вела себя так, будто хотела с разбега сесть тебе на лицо.

- Ревнуешь?

- Когда будешь покупать для меня наручники и кляп, захвати и для себя что-нибудь… палку там какую-нибудь…

- Я смотрю, моя палка тебе не даёт сегодня покоя? – в этот раз уголки его губ тронула вполне уверенная усмешка. Самоуверенная, я бы сказала. Взгляд серых глаз сосредоточился на моём лице, игнорируя тот факт, что он всё ещё за рулём машины, которая едет.

- За дорогой смотри, Русик, - ответила я дрогнувшим голосом и отвернулась к своему окну, чтобы скрыть смущение и дурацкую улыбочку.

Имитация

Руслан

Неконтролируемо бросал взгляды на Симку.

С наушниками на голове, от размера которых чудом не ломалась её тонкая шея, она что-то сосредоточенно готовила в кухонной зоне.

Намеренно ушёл в гостиную, чтобы не мешать ей и не смущать взглядами, но в итоге пялиться так и не перестал. Только тогда, когда она поворачивалась, чтобы что-то достать из шкафчиком и бросить в кастрюлю, отворачивался и утыкался в ноутбук, уже давно не соображая, что делаю.

Вчера вечером вернулись домой во взаимных сдержанных препирательствах. Мысленно корил себя за плохую шутку про секс-шоп. С Симкой, конечно, можно шутить на разные темы, но у меня, как у другу её старшего брата, который помнит её совсем девчонкой, всё-таки, должна быть некоторая грань. Но чем чае и дольше я оставался с ней наедине, тем более тоньше становилась эта грань, иногда становясь вовсе призрачной.

Сегодня утром она проснулась слишком рано. Обычно её с трудом будил Ромка, чтобы она явилась на занятия хотя бы ко второй паре, а сегодня она без помощников (и, судя по всему, без настроения) встала в семь утра и приступила к готовке.

Опять что-то задумала. По ней несложно понять, когда она врёт или что-то замышляет. Обычно говорящая без умолку так, что приходилось задаваться вопросом, когда она успевает дышать, Симка становится немногословной и слегка застывшей.