Мертвый остров

А фельдфебель и эти?

– Тарасюк – шкура и негодяй. Его только под суд. Из четырех унтер-офицеров один, Песковацков, приличный. Его двинуть на фельдфебеля. Еще одного, Васина, перевести в наказание на отдаленный пост на полгода. Но в роте оставить. Прихвостней под суд.

– Готовьте приказ, я подпишу.

– Господин подполковник! Прошу прислать из батальона двух порядочных унтеров. Иначе трудно.

– Будут.

Когда офицеры решили свои вопросы, Лыков возобновил совещание.

– Федор Никифорович, – обратился он к Ливину, – подумайте хорошенько, прежде чем ответить… Побеги таких серьезных людей, как Шурка Аспид, готовятся очень тщательно. Было ли в поведении тюрьмы за последнее время что-то необычное?

– Было! – без раздумий воскликнул смотритель. – Не знаю, какая тут связь, но… «иваны» вдруг разом вышли на работы.

– Их у вас сколько всего?

– Восемь… было. Теперь три.

– Вышли вдруг на работу… Получается, что раньше не выходили?

Ливин почувствовал, куда гнет приезжий сыщик, и вспыхнул:

– И здесь скажу: а что я мог? Если доктор этим гадинам месяц за месяцем продлевает освобождение от работ. На них пахать можно, а он все пишет «слабосильные и неспособные»! Вот «иваны» и распоясались: целыми днями в карты дуются да каторгу обирают.

– Кто у вас тюремный доктор?

– За него состоит классный фельдшер Ремешков. Все гуманности разводит! А я отвечать?

Лыков обратился к Бутакову:

– Арсений Михайлович, делались ли попытки переосвидетельствования таких мнимых больных? В окружном лазарете ведь два доктора по штату.

– Делались, Алексей Николаич. Того же Аспида водили к заведующему лазаретом доктору Сцепенскому. Тот кон… кос… тьфу! показал у каторжного Виттов пляс. Что мы с Федором Никифорычем могли поделать? По Уставу о ссыльных решение доктора для нас приказ.

– А прочие «иваны»?

– С Аспидом утекли Васька Карым, Степка Корноухий, Ероха и Шелапутин. Все убийцы, бессрочные. А по справкам у одного грыжа, у второго грудная жаба… Каждому доктора болезни придумали!

– Ясно. Федор Никифорович, вы сказали, что накануне побега все больные вдруг выздоровели и попросились на работы. Это вас не насторожило?

– Насторожило! Я решил, что они задумали побег. Из работ легче чесануть, чем из тюрьмы.

– А что были за работы?

– Мы строим телеграфную просеку в ваш округ. Сейчас дошли до реки Онор. Вот туда партию на неделю и водили. А они, вишь, там не убежали, а сюда пришли, в тюрьму. И уже отсюда, гадины! Не понимаю. Почему отсюда?

– Итак, вы заподозрили, что «иваны» задумали побег. Что предприняли?

– Обратился к капитану Мевиусу с просьбой усилить конвой.

– А он?

– Он сперва отмахнулся. Успел уже намулынзиться… Тогда я пошел к Арсению Михалычу, и он заставил этого пьяницу выделить дополнительно отделение линейцев.