7
0
А с берега, сбросив белые «маскхалаты», уже торопились Сергеевы дружинники. И еще одна группа, на лыжах, бежала в обход: перехватить вестфолдингов, если те попытаются сбежать.
И стрелы продолжали лететь…
— Оружие на снег, и будете жить! — закричал Сергей.
Не сработало. Викинги не боятся смерти. Тем более в бою. Ну как пожелают. Строй распался, и сплотить его было некому. Кудрявый вождь бился на снегу, безуспешно пытаясь подняться. Кричали раненые. Мертвые молчали, как им и положено, но их вид тоже не способствовал поднятию боевого духа.
Кто-то не выдержал, первым отбросил копье и упал на колени.
И еще один…
Когда Грейп и остальные подбежали к месту «переговоров», драться было уже не с кем: четверо уцелевших стояли на коленях с поднятыми руками, а те, кому повезло меньше, истекали кровью на снегу. Или уже истекли. Жаль. Хорошие были бойцы. Сергею пригодились бы.
Глава 7. Верность слову
Княжье городище
— А мне сказали, что это Радила на тебя напал, — пробасил наместник новгородский. — Перстень приметный показали, который мои на месте боя нашли, и видока привели из людей Радиловых, который на хозяина перстня показал. Еще сказали: убили тебя, — он хмыкнул.
— Выходит, ты сюда на мой труп поглядеть приехал? — спросил Сергей. — Благодарю, что побеспокоился.
— А как иначе? — развел руками наместник. — За тебя с меня бы спросили. И мой князь, и ваш.
Сотник Бирич, скромно сидевший у узкого окошка, громко вздохнул. С него бы тоже спросили. Хотя он-то при чем? У Вартислава — собственная дружина и воев побольше, чем у самого Бирича.
Хорошо, что обошлось. Непростой он человек, этот Вартислав. Вон, Перятыч едва услышал, сразу прискакал. Непростой и щедрый. Биричу подарок сделал. Да какой! Кольчугу нурманскую, почти целую, если прореху от меча заделать. Такая на гривну серебром потянет. Эх! Он, Бирич, сотник, а к такому, как Вартислав, простым гриднем пошел бы. Удача и щедрость. С таким вождем за славой и серебром ходить не надо. Сами к тебе бегут. Не зря его Стемид Белозерский сыном назвал.
— Значит, на труп мой поглядеть приехал, чтобы было что князьям рассказать? — Сергей усмехнулся. — А я уж подумал, Прокуй Перятыч, ты обо мне печалился, а ты, выходит, о себе? Радилу ты хоть не тронул?
Наместник не ответил.
— Неужто по холопьему навету в поруб посадил?
Широкий лоб наместника пошел вертикальными морщинами.
— Не в поруб, нет, — мотнул он головой. — У себя в Детинце держу. Ну а как иначе? — воскликнул он. — Вдруг Радила впрямь тебя, Варт, прибил?
Сергей с сожалением поглядел на наместника. Серьезный же человек. В меру умный, в меру хитрый. Храбрый без сомнения и Новгород для Олега держит ответственно. И вдруг такой ляп.
— Пойдем, — сказал он. — Покажу тебе что-то интересное.
— Куда это? — насторожился наместник.
