Измена по-венециански

Насколько я понимаю, это вы.

— Мы с Эдвином давно знаем друг друга.

— Скажите, — заговорила Кассиопея, мотнув головой в сторону собора, — сюда только что не входил мужчина — низкорослый, коренастый, одетый в джинсы?

— Он там, — кивнул нунций, — вместе с министром Зовастиной. Его зовут Виктор Томас, и он является начальником личной гвардии Зовастиной.

— Вы неплохо информированы, — сказал Малоун.

— Этот комплимент уместнее адресовать Эдвину. Но я хотел бы задать вам один вопрос: почему у вас такое странное имя — Коттон?

— Долгая история. Сейчас нам необходимо попасть в собор, и, не сомневаюсь, вам известно, с какой целью.

Микнер жестом руки предложил им следовать за ним, и, обойдя уличного лоточника, они сошли с запруженного туристами — даже в этот поздний час — тротуара.

— Вчера мы получили кое-какую информацию относительно верховного министра Центрально-Азиатской Федерации Ирины Зовастиной и сразу же поделились ею с Вашингтоном. Она страстно желает заглянуть в могилу святого Марка, вот его святейшество и подумал: может, американцы тоже — одновременно с ней — захотят посмотреть на то, что там находится?

— Мы наконец можем идти? — нетерпеливо спросила Кассиопея.

— Вы, как я погляжу, нервничаете?

— Я просто хочу попасть внутрь собора.

— У вас лук со стрелами.

— Вы наблюдательны.

Микнер пропустил ее укол мимо ушей и обратился к Малоуну:

— Ситуация обещает быть жаркой?

— Не жарче, чем она уже есть.

— Здесь, — Микнер кивнул в сторону площади, — совсем недавно уже убили одного человека.

— А там, на Торчелло, горит музей, — ответил Малоун и тут же почувствовал вибрацию сотового телефона. Вынув его из кармана, он посмотрел на дисплей. Звонил Торвальдсен. Нажав на клавишу приема, он, не потрудившись поздороваться, произнес: — Прислать ей лук со стрелами было не самым умным поступком.

— У меня не было выбора, — ответил датчанин. — А сейчас мне необходимо поговорить с ней. Она рядом с тобой?

— Еще бы!

Он передал трубку Кассиопее, и она отошла в сторону.

Дрожащей рукой Кассиопея прижала трубку к уху.

— Слушай меня очень внимательно, — послышался голос Торвальдсена на другом конце линии. — Есть кое-что, о чем ты должна знать."

"— Это просто кошмар какой-то! — воскликнул Микнер.

— И с каждой секундой этот кошмар становится все более кошмарным, — откликнулась Стефани.

Папский нунций с тревогой посмотрел на стоящую к ним спиной Кассиопею с трубкой сотового телефона, крепко прижатой к уху.

— По-моему, она пошла вразнос, — совсем не по-пасторски проговорил он.

— Это состояние хотя бы один раз в жизни наверняка испытывал каждый из нас.

Микнер улыбнулся.

— С этим не поспоришь.

Кассиопея закончила разговор, вернулась к ним и отдала Малоуну трубку.