2
0
– Так, а в машине не переночевать? – ровно поинтересовалась.
Боже, да, даже стало немного стыдно за себя. Я обычно гостеприимная, правда…Но именно этот мужлан- мое ходячее грехопадение! И должен был свалить в закат. Вчера. Навсегда! А не требовать сварить ему кофе, нагло ухмыляясь и топя в масляном, двусмысленном взгляде…
– Ну, если бИ только одну ночь – можно и в машине, – резче и уже с легким акцентом ответил Сатоев, явно начиная злиться на мой кислый вид, – Но, когда откроют теперь – хрен его знает. Пониже до сих пор метет. КАроче…
Он начал говорить громче, чтобы перебить звук венчика, которым я взбивала омлет.
– …Когда в магазине был, там твоего Юру встретил. Он и предложил к вам. Но чИто-то ты не рада, а, Мадинка? ЧИто не так?
Неудобный вопрос, заданный в упор, чуть не заставил меня выронить венчик из дрогнувших пальцев.
Что не так- что не так?
Да я сама себе четко ответить не могла ""что не так"", не то что вслух сформулировать. Опустила рассеянный взгляд на яичную смесь в миске, хмурясь. Так, нас двенадцать человек…Это в духовке что ли печь омлет этот чертов? Одной сковородки точно не хватит. Может, лучше рулетики сделать? Я там сыр видела…И зелень…
– Мадин! – рявкнул нетерпеливо Хабиб, перегибаясь ко мне через столешницу и прожигая своими угольными глазами, -В уши чИто ли долбишься?
– Чего? – тут же отмерла я. Грубиян!
Сатоев довольно ухмыльнулся. Видимо, на это было и рассчитано. Закатила глаза, издавая издевательское пф-ф-ф. Смотрите, какой стратег…
Зато от вспыхнувшего возмущения в голове родился четкий ответ. И даже самой стало как-то сразу легче.
– Вот это и не так, Хабиб, – я оторвала наконец взгляд от миски и посмотрела ему прямо в глаза, – Ты ведешь себя так, как будто между нами нет никакой дистанции, а она есть.
Сатоев выгнул бровь в немом вопросе, перестав улыбаться.
– Ты, видимо, считаешь, что то, что было в машине…Это…– здесь мой голос предательски дрогнул, а лицо зачесалось, готовясь покраснеть, но я усилием воли вернула себя в прежнее состояние. Лишь в ушах глухо зашумело от учащающегося сердцебиения, – без проблем повторится по одному щелчку твоих пальцев. Но это…
– ТИ про секс как про Волан –де -Морта, – с издевкой встрял Сатоев, крутанув чайную ложечку в руках, – ЭТО. ПИрямо то, чИто нельзя называть…
– Не перебивай, – шикнула я, слегка психанув. Весь настрой сбил!
Так, о чем я? Направилась к холодильнику за сыром и зеленью, пока вновь собирала мысли в кучу.
– Как не называй, а ЭТО, – я специально выделила голосом это несчастное ""ЭТО"", дразня Хабиба и показывая, что плевать мне на его подколы, – было случайностью, вызванной стечением обстоятельств. И…
Тут Сатоев откровенно, в голос заржал. Но меня уже было не так просто свернуть с пути истинного.
