2
0
– Ты что тут делаешь вообще? – возмутилась вместо этого.
Да, не очень дружелюбно, конечно, но…
Хабиб ожидаемо нахмурился и недовольно цокнул языком. Прежде, чем соблаговолить ответить, встал с дивана и еще раз в полный рост потянулся. Мой взгляд невольно прикипел к его мощному торсу, сейчас обтянутому одной черной футболкой без надписей.
Шкафяра…Это ж надо таким быть…Стероиды он жрёт, что ли?"
"В памяти всплыли вчерашние Иркины рассуждения про размеры ключиков, и я невольно покраснела еще гуще. Глаза предательски соскользнули к крепким мужским бедрам и застыли на широкой полоске черных волос, убегающей под кромку пояса джинсов. Ну, у кого ключик, а у кого и целый лом…На все случаи жизни…Мда…
– Перевал закрыли, – насмешливый мужской голос ворвался в мои пространные рассуждения о размерах и инструментах, заставляя встретиться взглядом с его обладателем.
– Это не объясняет, почему ты ИМЕННО здесь, Хабиб, – резонно заметила я, не выдерживая его прямого, какого-то слишком понятливого взора и отворачиваясь.
Пульс зачастил, разгоняя неуместный адреналин по венам. Первый жар от неожиданности и смущения схлынул, оставляя в теле нервную суету.
Так, зачем я вообще спустилась?
Готовить завтрак…Отлично, вот и приступим. Заодно будет повод не пялиться на Сатоева. Прошла у кухонному островку. Открыла холодильник, ощущая тяжелый, сверлящий спину между лопаток взгляд, достала лоток с яйцами, молоко… В голове ослепляющей вспышкой промелькнула одна из вчерашних сцен в машине, когда перед глазами за лобовым стеклом прыгали размытые от выступивших слез огни гирлянд и фонарей, из горла вырывались сиплые стоны, а сама я прыгала…
– Кофе будешь? – поинтересовалась ломким голосом, не позволяя себе додумать.
– Только свари, – кивнул Сатоев, усаживаясь за барную стойку.
Я выгнула бровь, бросив на него ехидный взгляд. Смотрите-ка, какие мы привередливые. За что была награждена нахальной полуулыбкой. И очередным фантомным совсем не скромным, навязчивым воспоминанием. Так… Отвернулась в поисках миски, чтобы сделать омлет.
– Дорогу перекрыли сразу за курортом, – его спокойный голос почти без акцента вибрировал в тишине раннего утра, отражаясь едва ощутимой дрожью у меня в груди.
Двигаться не скованно и без лишней суеты получалось с большим трудом, так как я слишком отчетливо ощущала, как Хабиб за мной внимательно наблюдает. Первым делом нашла турку и поставила закипать.
– Пришлось вернуться, – продолжил Сатоев, поставив локти на столешницу, сложил ладони в замок и уперся в них подбородком, – Поискал где свободно, потыкался, поспрашивал. Вообще ничего нет, Новый год же. В бане у местного одного тут предложили и в подсобке в магазине. Всё!
Криво усмехнулся, когда я все-таки подняла на него глаза.
