6
0Сказалось ли действие таблеток, которые мне принесли через полчаса после визита странного доктора или то, что пульсирующая в голове боль начала потихоньку отступать, но… Проснувшись несколько часов спустя, я уже не чувствовала себя воздушным шариком, набитым осколками. Отёк немного спал, и визуальный обзор вернулся в привычные рамки.
Первое, что увидела, конечно, подругу. Вернее, злую подругу. Дарина, сидя на своей кровати в позе бешеного лотоса, мучила свой телефон. Закусив губу, жмякала на кнопки, тихо чертыхалась, хмурилась и протяжно вздыхала.
– Дарь, ты чего? – зевнув, мяукнула я.
– Связи нет, – отшвырнув бесполезный телефон, отозвалась она и, скрестив руки на груди, пожаловалась: – С утра пытаюсь. Ни позвонить, ни сообщение отправить.
– Может, из-за того, что мы в пригороде? – осторожно предположила я и, поднявшись в полу сидячее положение, потянулась за своим новеньким аппаратом.
– Я спрашивала у той женщины, что тебе таблетки принесла, – покачала головой подруга.
– И-и?
– Рявкнула на меня, что не положено, – насупилась Дарина.
– Ну вот, – хмыкнула я. – Значит, глушат сигнал.
– Ну да, ну да…
– Чего? – закатив глаза, простонала я.
– Она-то, выйдя от нас, кому-то позвонила, – понизив голос, проворчала подруга и, оглянувшись на дверь, добавила: – Я выглянула в коридор, она точно дозвонилась и нормально разговаривала.
– Ну я не знаю, – растерялась я и, помаячив телефоном, намекнула: – У нас с тобой простенькие трубки, а у неё, наверное, самая навороченная игрушка.
– Судя по бриллиантам в её ушах и толщине цепи на шее, сто пудов, – закивала Даря.
Усмехнувшись, я уже открыла рот, чтобы ответить, но дверь распахнулась, и в комнату зашёл Дмитрий Сергеевич.
– Как самочувствие? – первым делом обратился ко мне мужчина.
– Намного лучше, – отозвалась я и, переглянувшись с подругой, попросила: – Отпустите домой, а там я уже…
– Домой? – хохотнул он, не сдерживаясь. Взяв один из стульев, поставил спинкой вперёд и сел, положив на неё локти. – Странно слышать, что именно вы называете домом?
– Почему? – возмутилась Дарина.
– А директриса мать родная? – с издёвкой намекнул наш куратор и, вздёрнув одну бровь, отрезал: – Не смешите.
– Вам не понять, – проворчала я, опустив взгляд.
– Ну почему же? – смягчился он и, вздохнув, добавил: – Почему я, по-вашему, жопу рву, чтобы помогать таким, как вы?
– Прям рвёте? – огрызнулась подруга.
– Не груби, – строго предупредил Дмитрий Сергеевич и, нахмурившись, пояснил: – Не всем и не всегда.
