Чужая игрушка

Что более вероятно… И Дарину заодно.

– Да её вообще там не было! – кивнув на охнувшую подругу, завопила я.

– Была, не была, кто в запале разбираться будет? – фыркнул мужчина. – Особенно когда гормоны бушуют. Я ведь в курсе, что попытки кхм… вас поиметь уже были. Полина рассказала.

– Ой, – округлила я глаза. – А как же Полина? Её же тоже могут…

– Не могут, – перебив, успокоил он. – Она в комнате отсиживается, а через неделю после отбора уедет.

– Уедет? – уточнила Дарина.

– Да, я слышал, по предварительным показателям она вошла в десятку лидеров, – кивнул Дмитрий Сергеевич.

– Там наши вещи, – растерянно напомнила я. – И попрощаться ни с кем не успели.

– Вещи привезут сегодня, – пообещал наш куратор. – Полина обещала собрать. А попрощаться? Вернётесь со стажировки и прощайтесь, с кем хотите.

ГЛАВА 7

Тася

Неделя до отъезда тянулась мучительно медленно. Уже на следующий день, устав лежать, я шастала по палате маршрутом, протоптанным Дариной ещё накануне. От двери к окну и назад. Голова уже почти не болела, а благодаря чудодейственной мази, синяк начал менять краски. В зеркало я старалась не смотреть, но Дарина, отводя взгляд, говорила, что всё вполне неплохо.

Нам было очень скучно, телевизор надоел, да и каналов, как оказалось, было не так уж и много. Книг мы с собой не взяли, а связи всё ещё не было. Наш куратор, он же самопровозглашённый наставник только отмахивался, поясняя, что со связью здесь всегда было проблематично.

На улицу выходить тоже разрешили, но прогулявшись по парку, мы наткнулись на сплошной забор, сверху через каждые десять метров утыканный камерами. На выезде с территории постоянно маячила охрана с рациями, и, завидев нашу растерянно блуждающую парочку, сразу активизировалась и не спускала с нас глаз.

На следующий день Дмитрий Сергеевич привёз наши вещи. Ну как наши… Вкатив в комнату два новеньких чемодана, он отступил в сторону и, кивнув в их сторону, тут же сообщил:

– Ваши вещи. Особо не разбирайте, до отлёта всего пять дней, так что…

– Это не моё, – растерялась Дарина, присев и раскрыв ближайший к ней чемодан.

– А это не моё, – подхватила я, перебирая новые вещи с бирками.

– Ваше, ваше, – кивнул мужчина и, сев на стул, сложил руки на груди.

– Тут всё новое, – подняв длинное платье, продемонстрировала болтающийся ярлык подруга.

– Подарки от меценатов, – пожал плечами наш куратор и, поджав губы, поинтересовался: – А вы планировали ехать в том старье, что перепало в детдоме?

– Нормальные у нас вещи, – обиженно фыркнула я и, развернув новенькую рубашку, ахнула: – Ну и цены! Дарин, ты видела?

– Видела, – изучая почти такую же этикетку, проворчала Дарина и, отложив вещь, поднялась на ноги. – Мы не можем это принять.