7
0От неожиданности я дернулась, а он устало улыбнулся и поднял голову. Прядь волос упала на один глаз. А он забавный, когда растрепанный…
— Не дергайся ты так, тебе нужно соблюдать спокойствие, — сказал Даррел, пытаясь сдуть прядь с лица.
— Как можно соблюдать спокойствие, когда рядом ты? — возразила я, едва сдерживая себя, чтобы ему не помочь. Не знаю, почему мне так хотелось коснуться его.
— При виде меня твое сердце бьется чаще? — полюбопытствовал принц. — Это признак симпатии, не волнуйся.
— Скорее, наоборот, замедляется. Это признак чего, не подскажешь? Отвращения?
— Отлично, — зевнул Даррел.
— Что — отлично? — не поняла я.
— Пытаешься нелепо шутить — значит, в порядке.
— Я всегда в порядке, — неуверенно ответила я. — А буду еще в большем порядке, если ты меня отпустишь.
— Не хочу.
— В смысле — не хочешь? — поразилась я. Чувствовать тепло его пальцев было приятно, однако я чувствовала смущение.
— В прямом. Стоит тебя отпустить, как ты опять вляпаешься в какую-нибудь историю.
Даррел все же убрал руку и заглянул в мое лицо.
— Как ты себя чувствуешь? — спросил он.
— Хорошо… Сам же сказал!
— Точно? Ничего не болит?
— Почему ты спрашиваешь? — нахмурилась я.
— Ты ничего не помнишь? — В голосе Даррела появилось удивление. Какое-то нехорошее удивление, которое меня напугало."
"— Я… Не знаю. Кажется, мы полетели в горы… — стала вспоминать я. Вместо воспоминаний в голове была каша. — А что случилось потом?
Стоило мне задуматься об этом, как я вдруг стала вспоминать события вчерашнего дня. Перед глазами замелькали картинки. Дирижабль, прием в замке Семи Ветров, ужин, издевки высокородных, вино, боль и ужас… Меня отравили!
Воспоминания нахлынули на меня сплошным потоком и накрыли с головой. На мгновение я вновь почувствовала тот ужас, который пережила. Кровь на губах, нехватку воздуха, разрывающую на части боль. Такую, что хотелось умереть… Эта боль была невыносимой.
Дыхание тотчас перехватило, кожа похолодела, на глазах появились незваные слезы. Я вжалась в подушку, закрыв голову руками, будто пытаясь защититься от неведомой опасности. Я никогда не испытывала страх перед смертью, но теперь сполна познала, что это такое.
Даррел тотчас сел на кровать и обнял меня. Прижал к себе, обхватил за плечи и стал покачивать из стороны в сторону.
— Все хорошо, Белль, все хорошо. Тебя спасли. Все плохое позади.
Я прижалась влажной щекой к его рубашке, чувствуя себя маленькой и беззащитной. И мне казалось, будто я слышу, как стучит сердце Даррела. Громко и учащенно. В теплых объятиях принца мне было совсем не страшно. Только вот слезы не кончались.
— Я знаю, это страшно. Невыносимо страшно. Больно. Но ты смогла пережить это, — успокаивающе говорил Даррел, гладя меня по спине и распущенным волосам.
