Злые клятвы

И когда я разбиваюсь вокруг него, мне интересно, останется ли что-нибудь прежним.

Я наблюдаю, как он прекращает свой собственный оргазм, и удовлетворенная улыбка расплывается на его губах. Его член выскальзывает из моей киски, и он снова становится на колени. Чувствуя, как его сперма капает изнутри меня, я сжимаю колени вместе, мягкий румянец покрывает мои щеки.

— Такая невинная, — он посмеивается, поднимаясь с кровати, отводя от меня взгляд и вставая с кровати. — Оставайся на месте, — он указывает на меня, когда я начинаю вставать. Кензо заходит в шкаф и через несколько секунд выходит с чем-то коротким, розовым и коротким в руках.

— Что это такое? — скептически спрашиваю я.

Он ухмыляется, играя с ним в руке.

— Это? Это пробка.

Что теперь сказать?

— Ты не засунешь это мне в задницу, — я не наивна. Возможно, я и была девственницей, но я смотрела порно, и он ни за что не засунет это мне в задницу.

Кензо усмехается.

— О, детка, — он подходит к краю кровати и становится на колени рядом со мной. — Это тебе в задницу не пойдет.

Возможно, я наивна…

— Моя сперма останется там, где я ее похоронили, — говорит он. Наклонившись вперед, он собирается вставить пробку в мою киску. Это тщетная попытка, но я пытаюсь отвернуться от него, не давая ему вставить в меня эту пробку. Резкий шлепок по заднице заставил меня успокоиться.

Кензо пользуется случаем, чтобы засунуть пробку мне во влагалище.

— Оно останется там, где я его оставил, — твердо приказывает он. Я сопротивляюсь желанию оттолкнуть его или показать ему язык. Я не буду рисковать еще одним раундом с его поясом. — Чем раньше ты забеременеешь, тем лучше для нас обоих.

Ледяная вода льется на меня, и я моргаю, впуская его слова в себя.

Конечно, дело было не в том, что он хотел меня. Речь идет о выполнении наших обязательств по брачному контракту. Я борюсь с дрожью нижней губы, когда он отстраняется и поправляет свою одежду.

— Я попрошу Джин изучить несколько кондитерских школ в этом районе, и мы сможем вместе просмотреть их и выяснить, какая из них подойдет тебе.

Я молча киваю головой, отказываясь смотреть на него.

— Эта пробка остается там, — снова предупреждает он.

— А что, если мне придется в туалет? — от унижения мое лицо светится, как рождественская елка на Таймс-сквер.

— Тогда тебе лучше вернуть её на место.

Мое лицо искажается. Это не может быть гигиенично.

— Теперь, — он хватает свою брошенный пиджак и вытряхивает ее. — Свадебный организатор будет здесь через несколько часов и отвезет тебя в свадебный магазин за платьем. Чиё и моя мама встретят тебя там.

Мне еще предстоит встретиться с матерью Кензо, печально известной Мегуми Накамура, но я слышала слухи о ее жестокости.