Злые клятвы

Эвелин голодными глазами наблюдает, как я открываюсь ей. Ее дыхание становится поверхностным и учащенным, когда она смотрит на меня. Порка зажгла что-то внутри нас обоих. Быстрым движением я снимаю штаны и трусы, позволяя им упасть на пол.

— На спину, — приказываю я, мой голос полон желания.

Она быстро карабкается обратно к изголовью кровати, но я быстрее. Игриво чмокнув ее по заднице, я хватаю ее за бедра и одним плавным движением переворачиваю на спину. Она мягко приземляется на кровать, на ее губах играет легкая улыбка.

Ее колени раздвигаются без каких-либо инструкций, приглашая меня войти в нее.

Крепко обхватив одной рукой свой член, я становлюсь у ее входа, но пока не вхожу. Сжав челюсти в предвкушении, я смотрю на эту красивую женщину подо мной. Пряди влажных волос обрамляют ее лицо после недавних слез, некоторые все еще прилипают к ее покрасневшим щекам. Ее яркие глаза смотрят на меня с невинным голодом, который пробуждает что-то глубоко внутри меня. Искра между нами горит так яростно, что отпечатывается в моей душе.

Я напоминаю себе, что она никогда раньше этого не делала.

Когда я отстраняюсь, она поднимает голову с кровати, и я начинаю осыпать поцелуями ее идеальное тело, пока не достигаю конечного пункта назначения.

— Подожди, — задыхается она. — Что ты…? — ее вопрос превращается в сдавленный стон, когда я провожу языком по ее чувствительному клитору.

— У меня второй завтрак, — говорю я ей с озорной ухмылкой, прежде чем нетерпеливо нырнуть, как человек, который заблудился в пустыне и наконец нашел воду.

— Кензо! — восклицает она, хлопая рукой по кровати, а пальцы отчаянно сжимают одеяло. Ее бедра отрываются от матраса, а мои зубы нежно царапают ее центр удовольствия, сводя ее с ума от потребности.

С каждым движением моего языка она раздвигает губы и издает нуждающийся стон. Наши глаза встречаются, а я продолжаю поклоняться ей ртом, пока ее тело не напрягается и она не выкрикивает мое имя. — Кензо… пожалуйста.

Я обвожу пальцем ее вход, усиливая ощущения, когда сосу и покусываю ее клитор, пока она не оказывается на грани освобождения. Ее бедра начинают двигаться сами по себе, прижимаясь ко мне в поисках большего удовольствия.

Моя свободная рука скользит вверх по ее боку и обхватывает одну из ее грудей, мое прикосновение собственническое и грубое. Я сжимаю ее веселый сосок, а затем покачиваю его между пальцами, вызывая еще один стон Эвелин, когда она достигает пика своего оргазма. Когда она начинает опускаться со своего максимума, я нежно целую небольшую взлетно-посадочную полосу над ее киской, затем двигаюсь вверх, оставляя поцелуи вдоль ее внутренней поверхности бедра и вверх по животу, пока не достигаю этих пухлых губ, которые так сладки на вкус.