2
0Сказал громко, но ровно, без крика:
- Если я даю приказ, вы исполняете его в точности. Если говорю взять живьем, вы приводите живого. Это не сложно.
Одна Аланис успела заметить – да и то лишь потому, что ждала подобного. Коротким, быстрым движением Пауль метнул невидимую плеть. Тот шаван, что убил Лиллидея, даже не сразу понял. Его вооруженная рука вдруг повисла, перебитая в плече. Вдохом позже боль достигла сознания.
Перекрывая ор шавана, Пауль произнес:
- Если отрубить человеку правую, он может держать нож в левой. Чтобы этого не случилось…
Свист повторился. Вторая рука шавана повисла, как хлыст. Крик стал почти нестерпимым, но голос Пауля звучал мощнее:
- Вот что значит – взять живьем. Кто не понимает этого, тот не достоин. Сдай Перст!
Кнут отнял Предмет и погнал калеку прочь. Вой продолжал звучать, пока расстояние не скрыло его."
"Тогда Пауль повернулся к пленным. Их была без малого сотня. Многие ранены, оглушены, избиты, некоторые почти без сознания. Но были и здоровые, своею волей сдавшиеся в плен.
- Хотите жить? – спросил Гной-ганта.
Один из кайров поднял залитое кровью лицо, пожевал слюну и харкнул под ноги Паулю.
Мушки Вечности были наготове, одно движение – и кайр отправится в идову тьму, следом за Мораном и Беккой. Но Пауль только повторил:
- Я спрашиваю: хотите жить?!
Другой кайр плюнул ему в ноги и выкрикнул:
- Слава Агате!
За ним отдалось эхо:
- Слава Агате!.. Слава… слава!..
Кричали все до единого. Серые от кровопотери, поломанные, изрубленные, теряющие сознание. Кричали во весь дух, в полную силу легких. Кто мог, поднимался с колен.
- Слава Ориджину!
Все знали, что это – последние слова, других не будет. На лицах, измученных болью, проступала… радость.
- Слава Первой Зиме! Слава Агате!
В глазах у Аланис поплыло от слез.
Зато Пауль и Муха смотрели внимательно, зорко.
- Вон тот, - сказал Пауль.
- И тот, в заднем ряду, - добавил Муха. - И еще крайний справа.
Трех северян отделили от группы. Они выделялись отсутствием света в глазах. Они все еще боялись умереть.
- Этих допросить, узнать все, - велел Гной-ганта. – Остальные… бегите!
Никто не тронулся с места.
- Там Холливел, - сказал Пауль. – Кто добежит до реки – останется жив.
- Слава Агате! - ответили пленные.
- Чара, - сказал Пауль.
Лучница вышла вперед.
- Северяне, проклятые волки. Вы топтали мою родину веками, захватывали, грабили. Я бы всех вас убила сама. Но моим ученикам нужна тренировка.
Ханиды из ее отряда охотно подняли Персты.
- Я дам двадцать вдохов форы, потом прикажу открыть огонь. Бегите к реке. Кто добежит живым, в того не стреляем.
Аланис не выдержала:
- Да отпустите же их, тьма сожри!
Чара сказала:
- Раз.
Потом сказала:
- Два.
Потом:
- Три…
Никто не шевелился. Лишь те, кто стоял, протянули руки друзьям, помогли подняться.
- Семь, - сказала Чара, - восемь.
