2
0
Монахи подбежали к приарху, но тот заорал:
- Прочь! Не подходите!
Он выцарапывал червей из волос жены, корчась от боли. Когда накатывал кашель, сгибался к полу и оставлял на нем красные шевелящиеся пятна.
Граф Виттор сидел, вцепившись руками в грудь. Кровь лилась из ушей и ноздрей.
- Клю-уууч… - страшно хрипел граф.
А Аланис хохотала, сидя на алтаре. Дергалась от боли – видимо, Джо сломал ей ребро, - но не могла унять смеха. Она была совершенно пьяна.
- Она знает! – Вспыхнуло у Джоакина. – Он сказал ей ключ!
Вмиг путевец был возле Аланис:
- Говори или сдохнешь! Как включить Абсолют?!
Она засмеялась ему в лицо:
- Я пожалела вас, смешной наемник. Ничего не стоило – вас тоже.
Граф закашлялся, изверг на стол лужу кровавой блевоты. То, что жило в нем, быстро разъедало нутро.
- Клююууч… - выдавил Виттор, сотрясаясь в агонии.
Мартин в отчаянье упал на колени:
- Помогите ему!.. Ну!..
Джо дернул Аланис за волосы, уложил на алтарь. Она попыталась вырваться, он припечатал ее свирепым ударом под дых. Увидел рядом шаванов, скомандовал:
- Держите!"
"С радостью они схватили убийцу. Джоакин вонзил нож ей в щеку.
- Тебя волновал шрам? Я срежу с тебя все лицо. Оставлю голый череп и дам посмотреть в зеркало! Будешь красоткой!
Зрачки расширились – она поверила ему. Знала, что он исполнит угрозу, но продолжала смеяться. В глазах потемнело от гнева. Джоакин повел ножом, вспарывая белую кожу.
- Ну как, приятно?! Говори же, сука!
Шаваны жадно смотрели на ее кровь.
- Она… не… знает.
Голос был морозен и жуток. Все оглянулись, холодея.
- Я же сказал: он жив! – заорал однорукий шаван.
Пауль лежал на боку, лицом к Аланис. Нож так и торчал в затылке, но взгляд был ясен, а грудь вздымалась.
- Она не знает. Оставьте.
- Зато знаешь ты, - процедил Лед.
Миг спустя он стоял над Паулем:
- Скажи, или убьем ее!
- Не говори! – вскричала Аланис. – Умоляю, молчи! Пускай сдохнет!
Джо полоснул ее от скулы до подбородка.
- Эй, волк! Не смей угрожать Гной-ганте!
Шаваны двинулись к Рихарду, но недостаточно быстро. Лед крутанулся в боевом танце. Одного подсек, с хрустом сломал колено. Второго швырнул на камень головой, третьего ударил снизу в челюсть, вышибив зубы. Остальные бросились в атаку, и Лед заорал:
- Флеминг, Джоакин, ко мне!
Джо чиркнул ножом по ее лицу и бросился на помощь. Все завертелось – кулаки, клинки, тела. Честная драка – без яда, без Перстов! Славная честная драка!
Лед не бил насмерть, и Джо последовал примеру. Он полосовал, подсекал мышцы, ломал кости, но оставлял в живых. Сам получил один, второй удар, пропустил нож, закричал от боли. Граф Флеминг ворвался в ряды шаванов, словно медведь. Громадный и свирепый, буквально сшиб двоих, третьего припечатал лбом о стену. Лорд Мартин не остался в стороне и пнул однорукого в промежность.
Шаваны откатились от Пауля.
