2
0
- Ты видишь только тело, - прошептала Иона.
- Ваша душа заслужила страданий. Вы предали мужа.
Иона заморгала, пытаясь понять. Аланис не смогла задушить в себе все, радость еще лилась из глаз и опровергала слова. Северянка не знала, чему верить.
Глухой Джоакин поверил словам. Осклабившись, ввернул от себя:
- Нет худшего проступка для женщины, чем предать супруга!
Иона впилась в лицо Аланис.
- Но ты же…
Ты же с нами? – это она хотела спросить. Не будь путевца, Аланис ответила бы: сожри меня тьма, конечно! Я бросила Эрвина и сорвала его план, и погубила иксов в гробнице Ингрид. По всем законам Севера, мне нет прощенья. Ориджины казнили людей за десятую долю того, что натворила я.
Но, разумеется, я с вами! Кровью, сердцем, душой, честью – всем, что во мне осталось. Я достаточно пробыла среди чудовищ, чтобы точно понять свое место. Больше нет сомнений в том, кто свой, а кто чужой.
- Я осуждаю ваш поступок, миледи. Неудивительно, что граф Виттор поместил вас в клетку.
Джоакин расплылся в ухмылке. Иона смотрела подруге в глаза, все больше путаясь, теряясь.
- Что с Эрвином?.. Ты знаешь о нем?..
Я знаю главное, - сказала бы Аланис. Возможно, он жив, а может, мертв, и это неважно. Я предала его, он – меня. Я поступила мерзко, он ответил тем же. Я хотела отдаться его злейшему врагу. Он был дураком, а я – дурой… Теперь, глядя сквозь время, нельзя ошибиться. Мы должны были быть вместе. Боги создали нас друг для друга. Мы приложили идову массу усилий, чтобы сломать их план. Если он жив, если ты выживешь, если каким-то чудом вы встретитесь, – передай ему мои слова.
Голосом она произнесла:
- С тех пор, как Эрвин предал меня, я не слежу за его судьбой.
И вот теперь Иона выпустила ее руки.
- Прости его…
- Я постараюсь.
- Пора идти! – приказал Джоакин, беря ее за локоть.
- Прощайте, миледи. Очень жаль, что вас не будет в часовне, - шепнула Аланис на сей раз без игры.
Вслед за путевцем она покинула комнату. Спускаясь по лестнице, оперлась на его крепкую руку, украшенную Перстом. Она ненавидела Джоакина за то, что испортил самый искренний разговор. Но она обожала его – за то, как он идеально, образцово низок. Надежный маяк, указующий место, куда ни за что не нужно плыть. Без него Аланис могла и усомниться…
Пересекли двор. Прошли между рядов монахов, бубнящих «трудами и молитвой». Дверь часовни открылась, дохнула прохладой, благовонием, свечным воском.
- Прр-рошу миледи, - процедил Джоакин, пропуская Аланис вперед.
Чувствуя гнев и страсть, и уверенность, и бесконечно прекрасную полноту жизни, леди Аланис Аделия Абигайль рода Агаты вошла в храм Уэймарского замка.
Меч - 3
1-2 августа 1775г.
Уэймар
Бегство агатовских войск сильнейшим образом впечатлило Джоакина.
