Грешник

Верно?

– А что насчет тебя? – застенчиво интересуется она. – Что ты делал?

– Просто считай, что я попробовал все, – отвечаю я.

– Все?

– Ладно, на «Порнхабе» есть несколько категорий, которыми я не увлекался, но по большей части – все.

– Что насчет возлюбленных?

– У меня никогда не было любимой девушки, и я ни с кем не встречался еще с колледжа.

– А почему? – спрашивает Зенни. – Это ведь нормальное явление – ходить на свидания?"

"– По большей части у меня нет времени. – Пожимаю плечами. – И, ну, я люблю покомандовать, как ты, наверное, заметила. Женщинам нравится такое в постели, но в реальной жизни моя властность доставляет немало проблем.

– Насколько ты властный?

Я на мгновение задумываюсь. Затем решаю.

– Ты действительно хочешь знать?

Мне совершенно не кажется, что ее зрачки расширяются, когда она отвечает:

– Да.

– Когда закончим с разговорами, я тебе покажу.

– В качестве поощрения?

– Да, милая, именно так.

Она пытается скрыть улыбку, когда я называю ее «милая», и я тут же решаю, что буду называть ее всеми ласковыми словами, какие только существуют, если это сделает ее такой очаровательно счастливой.

– Вернемся к разговору, – говорю я, и мой голос полон энтузиазма, потому что, черт побери, у меня стояк. Я хочу покончить с этим и перейти к ужину, а потом… ну, вы понимаете.

К поощрениям.

– Границы, – продолжаю я. – Мне нужно знать твои границы.

Такой откровенный разговор, кажется, возвращает ее в состояние спокойствия и уверенности, и в ее голосе снова звучат обычные звонкие нотки, пока она перечисляет вещи, над которыми явно уже размышляла.

– Никаких сцен с кровью и другими жидкостями и «тройничков». Если мы соберемся попробовать что-то извращенное, то сначала обсудим это, и у нас обоих будут стоп-слова. И, разумеется, я не могу рисковать забеременеть или заразиться какой-нибудь болезнью. Я уже несколько лет принимаю противозачаточные, чтобы справиться с мигренью, но все равно хочу пользоваться презервативами.

– Конечно.

Она выглядит удивленной, что я совершенно не возражаю на последнее условие.

– Я всегда пользуюсь презервативами, – говорю ей. – Здесь тебе не о чем беспокоиться. А со всем остальным мы легко разберемся.

– Ладно, хорошо, – продолжает она. – И это не должно мешать моей учебе или волонтерской деятельности, так что нам, возможно, придется проявить изобретательность касаемо наших встреч.

– Это я беру на себя.

Она сжимает мои руки.

– А у тебя какие границы?

Я рад, что она спросила, потому что последние двадцать четыре часа пытался определить допустимые нормы этого соглашения, отыскать любую этическую лазейку, любую формальность, за которую мог бы уцепиться и подумать про себя: «Я не плохой человек и поступаю так, чтобы помочь ей.