С другой стороны, а кто бы остался спокойным в такой ситуации? Точно не она.
Но еще больше женщину беспокоило ощущение общей безысходности, от которой она не могла скрыться — Аметаш не верила, что все закончится вот так просто. Ее череп свербела мысль, что все только начинается.
Вот почему ей нужно было побыть в тишине, подумать, поразмышлять… слишком много времени она была вынуждена реагировать на быстро меняющиеся события. А паучихи в этом не особо сильны…
— Госпожа, — окрик часового отвлек женщину. — Совет лордов собрался…
— Передай этим недоумкам, что когда они закончат свой совет, пусть сообщат мне его решение, — равнодушно отозвалась она и, не обращая больше внимания на часового, прошла мимо.
Она прекрасно знала суть собрания — во время побоища пострадало слишком много лордов. Вот этот вакуум власти оставшиеся военачальники и пытались сейчас заполнить, и даже угроза скорой встречи с шедарцами не могла их отвлечь от дележки бойцов.
Правда, не всех гашварнцев можно было безболезненно «захватить», заставить влиться в свои ряды. Сильные отряды выдвинули свои кандидатуры на позиции лорда… Аметаш же в разборки наемников влезать не собиралась — пусть орут и кричат сколько влезет, лишь бы главные силы находились в полной боевой готовности и несли неусыпное дежурство вокруг городка, выстроенного Фаресом…
Закрывшись в бункере, она сосредоточилась на связи с убийцей.
"Некоторое время паучиха настраивалась, пока не почувствовала обжигающее излучение, словно внутри убийцы сияло солнце.
Постепенно ощущения становились все ярче, пока женщина изумленно не воскликнула:
— Да это же человек! Но как такое может быть? Откуда у шедарцев союзники люди? И где он так развился?!
Сначала она думала, что сила, уничтожившая гашварнцев — это шедарцы. Но позже решила, что эта некая могущественная гильдия, которую наняли беглецы с умирающего мира.
А тут вдруг оказалось, что шедарцам помогают люди!
Еще одна странность — внутри Аметаш крепло убеждение, что ее убийца не член сильного отряда, а один-единственный адепт. Предположение казалось настолько абсурдным, что паучиха не решилась поделиться им ни с лордами, ни с Кошраром. Но ее ощущения сейчас буквально кричали об этом.









