1
0
— Почему вы в этом так уверены?
— Потому, — с улыбкой отозвался Кошрар, — что в захвате этого мира заинтересованы и Фарес, и Сувра, и Школа ледяных игл. Достаточно подождать и они придут сюда, слишком много сил и средств вложено в Землю, чтобы вот так просто все бросить…
— Мда. Может быть. Кстати, об этом, — вдруг встрепенулась Аметаш. — У меня было время подумать над вашим вопросом, нет ли у меня связи с офисом на Шедаре. Что вы тогда имели в виду?
— Просто подумал, что у вас есть информация по ситуации на Шедаре, — мгновенно отозвался хозяин кабинета. — В конце концов Сувра воюет там с шедарцами, а потом они вдруг тут оказались.
Паучиха подозрительно посмотрела на собеседника.
— Кошрар! Ты что-то знаешь. Я это чувствую… Говори! И не пытайся увиливать! Ведь я тоже могу напомнить тебе твои же слова, что мы в одной лодке и должны вместе выпутаться из этого дерьма.
— Я действительно мало что знаю, — неохотно отозвался адепт. — Однако один момент меня беспокоит… связь с Морном пропала. Морн — это глава Школы ледяных игл на Шедаре…
— Не надо объяснять. Я отлично знаю этого высокомерного ублюдка.
— А что бы это изменило? — пожал плечами Кошрар. — Нам нужно было отбить атаку. А то, что связь пропала, еще ни о чем не говорит. Наверное, Морну просто нечего мне сказать.
— Точно. С его планеты сбежал миллион шедарцев, а сказать ему нечего.
— Соглашусь, это все выглядит очень подозрительно, но пока мы не устраним угрозу, ничего нового не выясним. И поверьте, уважаемая Аметаш, в случае опасности я непременно предупрежу вас.
Паучиха еще раз подозрительно посмотрела на лидера Фареса, но не нашла изъяна в его логике.
— Вот и не забывай об этом, — буркнула она.
— Ни за что! — с готовностью согласился Кошрар.
— Хорошо, тогда действуем по моему плану — гашварнцы защищают поселение и фабрику. Подождем, что предпримет противник. Уверена, он точно, что-нибудь предпримет.
— Разве это разумно просто ждать, — запротестовал адепт.
— Ждать всегда разумно.
* * *Покинув офис так называемого союзника, паучиха, наконец, направилась в свой бункер. Потеря почти половины армии — а если считать не по количеству солдат, а по их потенциалу, то потери составили куда больше половины! — подорвала ее уверенность. Еще сильнее женщину расстроила собственная смерть.
