94
0
Глаза дрэка налились кровью, вены на шее вздулись, и он ринулся на меня:
— Ты что тут вообще делаешь? Кто тебя приглашал!
Я отпрыгнул назад, потому что во взгляде дрэка полыхала не просто ярость — желание убивать, как когда моя способность, столкнувшись с сильной волей, дает сбой, но между нами вклинился Петрович, обхватил дрэка за талию, укоризненно уронив:
— Геннадий, ну что вы… Парень дело говорит. Вы как хотите, конечно, но я дочь на уроки не пущу, а сам возьму отгул.
Директор задышал часто и тяжело, уселся на стул и зыркнул уже не так злобно. Я соврал:
— Меня отец предупредил, чтобы я оставался дома и брата с сестрой не выпускал. Что-то они там знают, чего не знаем мы. Если кого-то прибьет поваленным деревом, это ведь с вас потом спросят.
— Если… — проворчал он. — Отменю занятия, а вы неправы окажетесь — вот тогда спросят.
Я глянул на тополиный ствол за окном. Дерево скрежетало и стенало под порывами ветра.
— И дерево я спилил бы, пока не поздно, оно школу разворотит. Поверьте, Геннадий Константинович, если вы отмените уроки, вам в гороно спасибо скажут как самому дальновидному руководителю.
— Именно, — кивнул завхоз, но директор, похоже, уперся.
— Это будет самоуправство, — проворчал он, подошел к окну и уставился на качающийся тополь, передернул плечами.
— Туча… — осторожно проговорил я, и дрэк посмотрел в небо.
Вернувшись к столу, он достал очки из чехла, всмотрелся в клубящуюся серь и тяжело вздохнул.
— Вероятность того, что ты, Павел, прав, пятьдесят процентов. Пятьдесят на пятьдесят. — Он развернулся, опершись о подоконник.
Я не оставлял попыток его убедить.
— Но есть хотя бы гипотетическая возможность сохранить чьи-то жизнь и здоровье, разве не правильно взять ответственность и отметить уроки? Дети, они ведь от вашего решения зависят. А гороно… может, они сидят и трясутся, и боятся принять решение. Время такое, бардак везде.
— Позвони им, — посоветовал Петрович. — Скажи, дерево упало, мол, боюсь, что кто-то пострадает, разрешите отменить уроки.
Директор ухватился за эту мысль, шагнул к телефону, принялся крутить диск. Дождавшись ответа, поздоровался, назвал себя и сказал:
— Только что у нас тут тополь рухнул на школьный двор, хорошо, дети еще не пришли. Будет разумно отменить занятия — во избежание человеческих жертв… Да. Очень советую оповестить директоров других школ… Порывы ветра усиливаются, начинается дождь. Неизвестно, как стихия разгуляется к обеду… Ага. Спасибо, сделаю.
Упершись о стол, директор вытер пот и сказал:
— Дали добро. Согласились, что надо распускать детей по домам — во всех школах города.
Я показал «класс» и улыбнулся от уха до уха. В этот момент в окно шмякнулся голубь, секунду провисел, припечатанный ветром, и медленно сполз.
