Вперед в прошлое 9

— Позвони на работу, скажи, что заболела, — посоветовал я. — Все равно свет вырубит, и всех распустят по домам. Как по винным подвалам перемещаться? С фонариком или со свечкой?

— Не драматизируй. Я должна за твои акции узнать! — привела контраргумент мама.

— Узнаешь потом. Ты хочешь, чтобы мы сиротами остались? Чтобы нас мачеха воспитывала?

Мачеха сработала самым убойным аргументом, мама поджала губы.

— Звони давай, — велел я. — Если не прав, пять тысяч плачу, ты ничего не потеряешь.

Мамину злость как рукой сняло, глаза алчно блеснули. С чашкой в руке она направилась в прихожую, затрещал диск телефона. Из-за свиста и скрежета не было слышно, что она говорит.

— Мы в школу тоже не пойдем, — заявил я, когда мама вернулась в кухню. — Все равно вернут — у них предписание.

— Вроде не было объявления, — засомневалась мама, — ну, что занятия отменяются.

— Ты хочешь, чтобы нас деревьями пришибло?

Странно, что она так просто сдалась, когда я велел ей не ходить на работу… Блин — велел! Она же внушаемая. Вот оно как работает, можно велеть случайно, не сообразив, что это манипуляция с чужой волей. Надо быть осторожнее. И, действительно, не было объявления, чтобы в школах прекращали занятия.

Когда после четвертого урока нас все же отпустили, мы с Ильей убегали от скомканного куска жести, который нес ветер. Кому-то из мелких, помнится, серьезно в голову прилетело.

Наверное, стоит пойти и убедить директора распустить детей по домам, пока стихия не разгулялась. Помнится, да, в первый день апокалипсиса были у нас уроки. Учителей мы не слушали, алчно поглядывали на улицу, где начиналась метель — явление, исчезающе редкое в наших краях — и надеялись, что снега выпадет много.

Снег, если и ложился, то ненадолго, на моей памяти максимум он лежал неделю. Утром на горки выходят дети, катаются на санках, у кого они есть, но чаще — на пленке и картоне. Строят крепости. Заливают водой возвышенности. Играют в снежки стенка на стенку.

А ночью на опустевшие горки и катки выходят взрослые, потому что снег на юге — катастрофа для производств и ведомств и праздник для детей. Поскольку в каждом взрослом есть ребенок, они на полную катушку используют северную экзотику, то есть снег и мороз.

Пришлось еще раз велеть:

— Я схожу узнаю, что там в школе, а Боря и Наташа останутся.

Мама покорно кивнула, а я засобирался в школу. Надо прийти минут за двадцать до занятий. Надеюсь, директор уже у себя. Илье я звонить не стал, он живет, можно сказать, в школьном дворе.

— Ты позавтракал бы, — донеслось из кухни. — Сделать чаю?

Заглянув туда, я кивнул:

— Да. — И принялся одеваться.

Наедаться смысла не было, все равно скоро вернусь, и я удовлетворился бутербродом с сыром. Нацепил рюкзак и выбежал на улицу.