Вперед в прошлое 9

Теперь, получив память взрослого, я смотрел на них как на девчонок, которые только вступают в осознанную жизнь: что Вера Ивановна, что Елена Ивановна, наша классная, что математичка… Математичка, пожалуй, нет, она, хоть и их ровесница, выглядит как сорокалетняя дама. Причем как сорокалетняя дама, которую жизнь изрядно потрепала.

Заглянув в учительскую и убедившись, что Верочки там нет, я подождал, когда прозвенит звонок на урок, и шестиклассники, пришедшие во вторую смену, отлепятся от подоконника, оперся на него пятой точкой и принялся ждать.

Проходящие мимо учителя здоровались со мной, но ничего не спрашивали.

Веру Ивановну, окруженную ученицами десятого класса, я не сразу заметил — девчонки в большинстве своем были выше и здоровее нее. Они что-то возбужденно ей доказывали и увлеклись настолько, что пропустили лестницу и дошли аж до учительской. Глянув на меня и кивнув, Вера Ивановна остановилась. Прижав к себе журнал и обхватив его руками, она улыбнулась, шевельнула губами — девчонки рассмеялись и разошлись, а она юркнула в учительскую.

Вышла она минут через десять — в небесно-голубом пальто в пол, стоптанных туфельках, в руках была персиковая сумочка, вокруг шеи обвивался шарф такого же цвета. Не глянув на меня, она побрела по коридору.

— Вера Ивановна! — окликнул ее я и поспешил следом.

Учительница обернулась, на лице ее застыл вопрос.

— Я хочу с вами поговорить от всего нашего класса, — сразу перешел к делу я, она нахмурилась.

— Ну, давай, говори.

Мы с Ильей решили, что лучше мне одному с ней разговаривать, чтобы лишние уши ее не смущали, а сам Илюха был так себе переговорщиком.

Посмотрев на ее утомленное лицо, я вдруг понял, что ученики ее замучили просьбами не уезжать, и еще одна будет некстати, потому сказал:

— У меня есть для вас сюрприз, он тут, недалеко.

Тщательно скрываемое недовольство сменилось любопытством.

— Что ты задумал? — осторожно поинтересовалась она. — Надеюсь, ты не собираешься меня похищать.

Я приложил руку к груди.

— Боже упаси! Все более чем законно.

Мы начали спускаться со второго этажа по лестнице, и я замолчал, а продолжил уже на улице, указывая на дом Ильи.

— Нам нужно пройти туда.

Вера Ивановна приподняла уголки губ.

— Там вы собираетесь в подвале, где я ночевала, да? — Она мотнула головой. — Точно попахивает похищением. Не пойду. Вон ты какой вымахал, я ж не отобьюсь.

Почему-то сделалось… странно. Горячо, волнительно, ярко. Нечто похожее испытывал я-взрослый, когда робел перед женщинами… не просто перед женщинами, а перед теми, что сильно нравятся. Стало неловко перед самим собой, я стушевался, собрался оправдываться, что ничего такого не планируется.