Призрак в кривом зеркале

– Я заеду за тобой в половине пятого, – подытожил Илюшин, не любивший долгих телефонных разговоров. – Спокойной ночи.

Ксеня помолчала, затем позвала в трубку:

– Макар?

– Да?

– А как звали кота, который был у тебя в детстве?

Илюшин хотел спросить, откуда она знает о коте, но не стал. Он постепенно отвыкал удивляться, имея дело с Ксенией Ильиничной.

– Его звали Кот, – сказал он, помолчав, вспоминая рыжего полосатого верзилу, приблудившегося в их подъезд стылым январским вечером. – Кот Иванович. А фамилия у него была – Прохиндей.

Она рассмеялась, и в ответ на ее смех в глубине комнаты раздалась певучая кошачья трель.

– Я тебя жду завтра, – сказала Ксеня. – Хороших снов.

Положив трубку, Макар постоял, вспоминая рыжего зверя, которого он безжалостно тискал в детстве, а тот покорно терпел, хоть и мяукал. Решение завести нового кота, обязательно рыжего, пришло ему в голову само собой, хотя многие годы он даже смотреть не мог на рыжих котов и кошек – отворачивался, и новая память, выращенная взамен старой, подсказывала, что он просто не любит животных – не любит, и все тут.

– На время отъездов буду оставлять Заре Ростиславовне, – вслух сказал Макар.

Он быстро уснул, и ни один призрак прошлого не тревожил его в эту ночь."

"На следующий вечер он вернулся из кафе, проводив Ксению Ильиничну, постояв с ней в саду и позорно сбежав, когда из дома вышел ее пожилой отец и раскатистым басистым голосом позвал: «Ксеня-я-я! Ты пришла?» Ксеня, прыснув от смеха, помахала Илюшину рукой, и он, перемахнув через ограду и ощущая себя мальчишкой, рванул к остановке.

В доме Шестаковых ужинали. В коридоре Илюшин наткнулся на Эльвиру Леоновну, которая шла к столовой с подносом в руках, а на подносе умещались графин с наливкой рубинового цвета и маленькие хрустальные рюмки, искрившиеся на свету.

– Макар Андреевич, вы вовремя! Сегодня Лариса сдала на права, и мы решили отметить это радостное событие. Надеюсь, вы к нам присоединитесь?

Илюшин учтиво ответил, что, конечно же, присоединится и будет очень рад поучаствовать во всеобщем торжестве.

Войдя в столовую, он обнаружил всех детей Шестаковой в сборе. Лариса с усталым, но довольным лицом сидела, откинувшись на спинку стула, и слушала разговор Эдуарда и Леонида, проводивших сравнительный анализ достоинств иномарок различных моделей.

Эля, подперев подбородок ладонью, смотрела на сестру, но взгляд у нее был отрешенный. Илюшина обе поприветствовали одинаково радушно, и Лариса ничем не выдала, что она помнит об их ночной встрече, а Эля не показала, что совсем недавно просила Макара уехать из этого дома. Эдуард кивнул гостю и продолжил нравоучительным тоном указывать на ошибки, допущенные братом, а тот в ответ широко зевнул, отчего Эдуард завелся еще больше.