Когти власти

Анемона жизнерадостно порхала следом, выводя нарочно противным голосом:

– Карапакс в лесу гулял, радужным наутро стал…

Он зажал на лету уши лапами и не отпускал до самой деревни.

Влетев в хижину, Анемона умолкла, с любопытством разглядывая больных: радужного с раной на морде и ночного с разорванным крылом. Оба лежали без сознания, очевидно, под действием усыпляющих стрелок. Вот и хорошо, подумал Карапакс, пускай вспомнит и морских драконов, искалеченных на войне, и тех, кто чудом остался жив после разрушения Летнего дворца. Может, употребит свою магию на их лечение вместо загребания жемчуга и раскрашивания дяди Акулы в малиновый цвет.

Впрочем, ему ли судить сестру? Многим ли он сам помог своей магией?

Он сразу направился к Кинкажу. Анемона вскоре подошла и села с другой стороны, рассматривая побелевшую радужную. Та была чуть старше морской, но размерами почти не отличалась.

Принцесса приподняла обвисшую лапу больной.

– Да, – вздохнула она, – выглядит неважно. Извини за дразнилки, братец.

– Ничего, – кивнул он.

– Нет, дразниться всё равно буду, – усмехнулась сестра, – но только потом, когда встанет… Так, дай подумать. – Она вдруг поморщилась. – Я же обещала Мракокраду каждый раз советоваться! Он не хочет, чтобы я одна придумывала заклятия.

– Да ну? – делано удивился Карапакс. – Ты же всю жизнь сама колдуешь!

– Так и есть, но… Хотя ты прав, что ему за дело, если я вылечу какую-то мелкую радужную?

– Вот именно! – Он затаил дыхание.

– Расскажу ему, когда вернёмся, – решительно махнула крылом Анемона, вспугнув стайку стрекоз под лиственной крышей.

– Что будешь зачаровывать? – Карапакс с облегчением выдохнул.

Она с пренебрежением оглядела плетёные стены хижины, увитые цветущими лианами, и деревянные чаши с травами на полках. Затем взгляд её упал на чёрный кожаный мешочек, привязанный к лодыжке Кинкажу.

– Ну-ка, посмотрим, что там, – прищурилась принцесса, открывая его.

– Погоди! – дёрнулся брат, но она уже вытряхнула на лапу библиотечную табличку с именем… и чёрный, словно обугленный, камушек с серебристыми металлическими искорками.

Анемона ещё не знала, что такие камни ограждают мысли от чтения извне, но взглянула на дыры в браслете у брата на плече и изумлённо округлила глаза.

– Ха, так ты даже камнями с неба с ней делишься? Вот это любовь!"

"– Может, давай уже закончим? – поморщился он. Вот будет потеха, если сестра узнает, что такие же точно есть у Холода и Вихря!

– Ладно, подойдёт, – решила Анемона, сжимая в когтях небесный камень и зажмуриваясь.

Вот он, шанс, подумал Карапакс.