9
0
— А если бы ты сына младшего ханыма отыскал — убил бы?
Спросила, а у самой натурально ноги задрожали. Отчего-то я была уверена в том, что он ответит.
— Да, — Вегарт безразлично пожал плечами. — Выродков ханыма нужно топить в придорожных канавах. Что Гасми, что Бирна, что этого безымянного. Найти бы только.
Я остановилась.
— Грета?
— А дочь? Гресвиль? Её тоже убьешь?
— Тебе солгать? — он всё ещё пытался удержать меня в своих объятиях.
— Нет. Ты убьешь эту женщину, Вегарт Бессердечный?
— Да, — он кивнул. — Её будущий муж — прямой наследник этой земли. И поэтому она прямая угроза мне и императору. Я не скрываю от тебя, Грета, кем являюсь. Или предпочитаешь ложь?
Он снова притянул меня к себе."
"— Или мне лгать тебе? — выдохнув на ухо.
Моргнув, я позволила снова повести меня в танце. Внутри всё сжалось от страха перед этим мужчиной. Он убьет меня, если я выдам себя. Удавит Руни и… Юниль. Просто потому, что она тоже дочь ханыма.
«Я бы хотела, чтобы ты сгинул в том болоте, Вегарт» — произнесла про себя.
Музыка лилась над площадью. Народ веселился, плясал. Смеялся. Юниль кружила с Льюисом. Руни, хлопал им.
Они даже не понимали, что молодой дракон им не друг. Он прямая угроза их жизням.
— Когда вы уйдете? — спросила еле слышно.
— Нет точного времени, собраться вы успеете, — ответил дракон.
Он вглядывался в моё лицо и мрачнел. Понимал, что что-то не так, но прямых вопросов больше не задавал.
— Нет, с тобой, генерал, мне точно не по пути, — покачала головой. — Сколько будет еще продолжаться эта пытка танцем?
— Тебе настолько неприятно находиться со мной рядом, Грета? — в его голосе прорезалась злость. — Что я сделал такого, что ты так меня невзлюбила? Что во мне не так?
— Всё не так, — не выдержав, я оттолкнула его от себя. — Ты же только что признался, что убил бы паренька, которого и в глаза не видел. Не разбираясь, кто он и какой он. Просто потому, что его мать некогда снасильничал ханым белых волков. Ты готов голову оторвать женщине только за то, что ей не повезло родиться дочерью этого зверя. И чего же ты ждешь после этого от меня? Волчицы.
— Грета, — он облизнул губы и выдохнул.
— Я волчица, генерал. Та, кого ты так презираешь. И никем иным я не стану. Так что обрати свой взор на кого-нибудь иного. Здесь хватает и ведьм, и простых крестьянок. Они тебе и улыбнуться, и спляшут, и даже на сеновале постелят на двоих. А меня не тронь.
Повернувшись, я двинулась в сторону дочери. Молодой дракон больше не казался мне милым юношей.
— Юниль, Руни, мы идем домой. Быстро, — процедила, подойдя к ним.
— Но, мама, Льюис учит меня танцевать, — возмутилась моя наивная девочка.
— Пусть он поучит кого другого, милая. Я запрещаю тебе подходить к нему. И тебе, Руни, тоже.
Я строго взглянула на брата. Дураком тот не был.
