4
0Кто-то брался за костёр, подкидывая в него толстые, непонятно где найденные сухие ветки, а кто-то готовил травяной чай.
Вскоре по поляне разлетелся аромат ромашки и малины.
Проснулся и Руни. Распахнув глаза, брат сел и осторожно переложил Смешу на сваленные рядом куртки. Укрыв мальца, он поднялся на ноги. Найдя меня взглядом, приветливо приподнял уголки губ и поспешил к Вегарту.
А небеса всё разгорались, освещая голые кроны высоких деревьев первыми слепящими лучами.
* * *Время… Как же мучительно оно тянулось. Допивая чай, я не отрываясь смотрела на небо. С соседнего островка земли, группами срывались драконы. Они бесшумно скользили над водой, изредка крыльями задевая её гладь. Для меня это оказалось загадкой, ведь ночью я отчетливо слышала приближение ящеров по характерным хлопкам.
Так может, они нарочно шумели, чтобы предупредить о том, что рядом?
Отставив кружку, поднялась и расправила плечи. Сколько я слышала о великих битвах и кровавых сражениях, но никогда не думала, что это настолько сложно. И так мучительно долго. Вегарт постоянно раздавал приказы, казалось, он был одновременно везде. Указывал на своих людей, зная каждого по имени. Что-то им рассказывал жестикулируя. Те кивали, а после, оборачиваясь, исчезали за деревьями.
— Фера Гресвиль, — за моей спиной возник рослый дракон.
Я легко узнала в нем того, кто назвал мать пойманного на праздник волчонка своей.
— Пора? — с надеждой спросила, уставившись на него.
Он кивнул, слегка смущенно. В это же мгновение с места огромным драконом сорвался Вегарт, на его спине сидел крепко держась за выступающие шипы Руни.
Смеша так и остался спать на земле. Рядом с ним расположились несколько воинов, приставленных к мальчику для охраны.
— Вас понесу я, фера, — мужчина снова вернул моё внимание. — Мы полетим позади всех. Генерал не желает, чтобы вы видели саму битву. И я с ним согласен. Свою женщину я бы и вовсе домой отослал. Но у вас ситуация иная.
— Вы пропустите всё?
Мужчина усмехнулся. Черты его лица разгладились, и он словно стал моложе и красивее.
— Пропущу? — Он покачал головой. — Эта война началась, когда мне было всего шестнадцать лет, фера. Мой отец — арендатор. Нас кормила земля, и я видел свое будущее как фермер. Ничего другого и не нужно было. Работать руками на своих полях, в теплицах. А видели бы вы, каких овец разводит наша семья. Из их шерсти получается мягкая, но добротная ткань. Матушка и сестры красят её, а после отец везет тюки в обозе в большие селения, даже в города песчаных драконов. Наша ткань пользуется спросом и раскупается быстро. Вот так и жили. И именно в этом я вижу себя, фера. На своей земле в окружении родных, — он поджал губы. — И я устал, как и остальные. Устал от крови и смертей.
