Благородство и страсть

Одиннадцать лет люди лорда Джона подвергали его пыткам, но то, что придумал сейчас его дядя, вообще выходило за все границы. Мэтью бросил взгляд на своего мучителя, и ему в голову вдруг пришла мысль, что сумасшедшим из них двоих был как раз лорд Джон. Но он умело маскировал и свое сумасшествие, и свои наклонности палача и садиста, и свою патологическую жадность. Нет, он не посмеет притронуться к Вулфраму.

Мэтью заговорил, и в его голосе сквозило откровенное презрение.

– Дядя, думаю, даже вам должна быть отвратительна мысль мучить ни в чем не повинное животное.

"

"– Вини себя за это, а не меня. – И снова последовал окрик: – Где шлюха? Говори! Я чувствую заговор за милю. И этот ваш заговор воняет гораздо хуже, чем тебе кажется.

– Ты не тронешь Вулфрама, – устало проговорил Мэтью. – Что тебе сделала собака?

– На войне всегда страдают невинные. Не так ли?

– Не делай этого, дядя. Заклинаю тебя, не делай. – Мэтью никогда и ни о чем не просил дядю, потому что даже в детстве интуитивно чувствовал, что сердце лорда Джона было поражено злом.

– Скажи, где шлюха, и я не трону твою собаку.

 – Лорд Джон помолчал. – Мне казалось, что ты запомнил мой урок, преподнесенный тебе в прошлый раз. Вспомни-ка, дружок, что случилось с твоей нянькой и ее мужем.

О, он очень хорошо усвоил тот урок. Мэтью решил тогда, что сделает все, чтобы его дядя не смог получить наследство Лансдаунов.

Шесть месяцев…

«Грейс, ты не знала, о чем просила».

Вулфрам всегда был дружелюбным и нетребовательным компаньоном. С тех пор как семь лет назад в поместье появился лохматый щенок, Мэтью пользовался его любовью и преданностью.

И вот теперь ему предстоит предать своего верного друга.

Потому что он не мог предать женщину, которую любит.

Его голос по-прежнему звучал безучастно.

– Я не знаю, где миссис Паджет.

– Уверен, что Монкс и Файли, поработав над собакой, вернут тебе память. Тебе ли не знать, как они щепетильны в работе.

Лорд Джон снова постучал своей тростью о пол. Дверь распахнулась, и появился Файли. Перевязанную чистым бинтом руку он с нежностью прижимал к груди. Похоже, он стоял за дверью и ждал, когда его позовут.

– Звали, ваша светлость?

Мэтью вздохнул.

Глоток ворвавшегося свежего воздуха разогнал туман в голове. Он должен что-то сделать, чтобы спасти Вулфрама. Но что?

Господи, как же он ненавидел своего дядю.

– Притащи сюда его дворняжку. – Лорд Джон поднял воротник, почувствовав легкое движение воздуха.

– Ага, ваша светлость. Прямо сейчас, ваша светлость. Он болтался в лесу, искал лорда Шина. Вот, умудрился цапнуть меня. – Файли окинул дядю и племянника гордым взглядом. – Но я успел всадить ему пулю в зад, когда он потом бросился бежать от меня.