Надо быть добрее.
— Ну это мне решать, — хмыкаю, игнорируя «подарки». — Кстати, вас тут чем кормят?
— Ну… — он мнётся, — нас кормят одержимыми кусками мяса из того ящика, — кивает в угол. Там стоит небольшой контейнер на цепи, он дёргается и трясётся, внутри кто-то или что-то рвётся наружу. — Приходится есть живьём.
— А как другие Демоны питаются?
— Ну по-разному. Есть кто конечно, мясо сначала пропитывают некротикой, если есть подходящий Демон, а потом артефактом снимают заражение перед тем, как съесть. Главное — успеть, пока еда не стала одержимой окончательно.
Кто-то из отброшек, голос у него неуверенный, спрашивает:
— Можно нам остаться в клетке?..
— Как хотите, — пожимаю плечами.
Одним движением когтей отрубаю трос, соединяющий клетку с грубзом, и спрашиваю у крабо-парня:
— Где сидит остальная банда угонщиков?
— В большой башне, — отвечает он.
— Ага… — киваю. — Оранж, ну что, забирайся на зверя.
— Я думал, ты меня с собой взял, потому что не уверен в своих силах, — ворчит он, бросая взгляд на лужи, оставшиеся от убитых Демонов. — А ты меня тащишь просто для компании, что ли?..
* * *Парк близ усадьбы Дома Лунокрылых, Сторожевой город"
"Габриэлла сидела на самом краю фонтана, машинально проводя ладонью по чёрным щупальцам Спрута, который лениво вытянул их из её тени.
Она думала о племяннице. Девочка была больна, и вина за это лежала на ней самой. Габриэлла понимала: если Данила узнает обо всём сам, без подготовки, это станет для неё ударом — болезненным и унизительным, оставляющим горький осадок надолго.
Лекарство можно было достать только в Чертовщине.
Не позволяя себе долго размышлять и колебаться, Габриэлла одним плавным движением поднялась, золотые крылья распахнулись, и леди, сделав широкий взмах, взмыла в воздух. Воздух подхватил её и понёс вперёд.
Впереди замаячил смутный рой движущихся теней. Вскоре они превратились в стаю крылатых тварей — уродливых, с изуродованными крыльями, оскаленными мордами и яростным блеском в глазах.









