1
0Демоны летели прямо на блондинку, рыча и издавая резкие, раздражающие звуки. Но Габриэлла даже не подумала сбавить скорость.
Из теней её крыльев, ложащихся на облака тёмными пятнами, с резким рывком вырвались длинные, гибкие щупальца Спрута. Отростки обвили ближайших тварей, с силой сжали их и тут же разорвали на части. Разорванные тела разлетелись в клочья, которые, беспомощно закружившись в потоках ветра, быстро исчезли внизу, растворяясь в туманной глубине.
В другое время Габриэлла, скорее всего, не решилась бы отправляться в Чертовщину одна. Эта зона была слишком опасной, полной тварей, ловушек и странных аномалий, где любой шаг мог стать последним.
Глава 5
Херувимская резиденция Организации (временная штаб-квартира Вещих-Филиновых), Сторожевой город
Лакомка со Светой принимают маму Иру и Степана. Ира устраивается в гостиной после того, как вернулась из инкубатория, или, как всё чаще называли Вещие-Филиновы, детской, где она только что навещала младенцев. На лице её всё ещё светится мягкая, тёплая улыбка.
— Какой же тихой лапочкой родился Славик. И сразу видно — он будет не такой шельмец, как наш Олежек. Уж явно вырастет добрым, спокойным мальчиком, тихим и рассудительным.
Степан, усевшийся рядом в кресле, отрывается от чашки чая и задумчиво замечает:
— Только глаза у парня уж слишком проницательные для мелкого. Такое ощущение, будто он прямо в душу заглядывает, всё насквозь видит, — матёрый царский охотник передёрнул плечами.
Светка, которая устроилась чуть поодаль, удивлённо вскидывает брови и переспрашивает:
— Что, правда? Степан Тимофеевич, ты серьёзно?
Ира тут же одёргивает мужа, махнув рукой и бросив на него укоризненный взгляд:
— Не говори глупости, Стёпа.
Лакомка, не удержавшись от лёгкой улыбки, поправляет складки платья на диване и мягко добавляет:
— Да Славик просто прирождённый телепат-Провидец, папа Степан. Даня ведь говорил, что наш малыш всё время старается заглянуть в будущее. Вот и строит всем такие серьёзные глазки.
Степан качает головой, не унимаясь:
— Будущее, значит, разглядывает?
— Пытается, — спокойно уточняет Лакомка.
— Моё тоже?
— Всех, кого видит.
Степан прищуривается, снова откидывается в кресле и бормочет уже тише, словно самому себе:
— Такое ощущение, будто у него и в самом деле получилось. Ну и парни у Данилы… надо признать, непростые, под стать отцу.
— А почему этот мужчина плавает в фонтане? — Ирина, округлив глаза, с изумлением восклицает, указывая рукой в распахнутое настежь от жары окно.
