Опекун. Она не для меня

«Ненавижу»

Во всем этом была вина лишь одного человека, человека, который сделал все, чтобы уничтожить во мне любое упоминание о жалости и сострадании, он должен сдохнуть, заплатить за все, страдать также, как страдала я. Мой ребенок погиб не родившись, потому что эта тварь решила, что я принадлежу ему. Он заплатит, за все заплатит, а я буду стоять и смотреть, как он корчится в предсмертной агонии.

— И хорошо, что потеряла, — все никак не успокаивалась женщина, — нечего плодить выродков, если от мужа, то сама рада потом будет, что обошлось.

Я молила Бога, чтобы она наконец-то заткнулась, если бы я только могла пошевелиться, вырвала бы этой стерве язык, никогда не отличалась кровожадностью, но сейчас мне хотелось, чтобы она замолчала любой ценой.

Услышь этот диалог Олег, вряд ли она ушла бы целой и невредимой, я видела, каким может быть мой муж, а я бы даже останавливать не стала, видимо, во мне что-то сломалось.

Олег

— Я сам все сделаю, а ты побудь с женой, — пытался убедить меня друг, пока сестра обрабатывала мою раненную кисть.

Я ей сейчас ничем помочь не мог, она проспит как минимум до утра, с малышкой будет охрана, а ублюдков я своими руками на тот свет отправлю.

Их догнали практически сразу, охрана, следовавшая за Димой, среагировала быстро.

— Они стреляли в мою жену и сдохнут от моей руки, — процедил я и соскочил с кушетки.

— Олег..

— Хватит, — рявкнул я, — поехали.

Больше он не пытался меня переубедить, с Ингой оставил Кирилла и целый взвод охраны, предупредив, что, если хоть волос с ее голову упадет — им не жить. И свою угрозу я выполню, даже, если придется пристрелить всех. Я чуть не потерял ее, второй раз я этого не допущу.

Их вывезли за город, что не могло не радовать, свидетелей здесь нет, вокруг лес, криков никто не услышит. Я не собирался дарить стрелявшему легкую смерть, нет, он будет молить о ней.

— Снимите мешки, — приказал я, когда подошел к стоявшим на коленях ублюдкам, что стреляли в мою жену. Меня трясло от ярости и лишь желание видеть, как будет корчиться подонок, посмевший нажать курок, не давало мне выстрелить в упор.

— Кто стрелял? — спросил я."

"— Этот, — кивнул Костя на того, на подонка справа. Вынул пистолет и выстрелил в голову второму, безжизненное тело в туже секунду рухнуло на землю.

Я наслаждался ужасом, что читался в глазах второго. Но, если водителю я сделал одолжение, позволив сдохнуть быстро, то для этого смерть станет благословлением, — расстегните наручники и поднимите, — приказал я, — дай лопату, — попросил одного из пацанов.

— Копай, — бросил ее у ног ублюдка.

— Зачем? — спросил он, видно не совсем обосрался от страха, ничего. Навел пистолет и выстрелил в ногу, чтобы мотивация была и болтать расхотелось.