0
0
— Ну-ну, — награждает насмешливым взглядом и заводит машину, — пристегивайся.
Педант.
Я послушно щелкаю ремнем и, подперев щеку рукой, смотрю в окно. На родной дом, из которого вынуждена уехать. На душе неспокойно. Я переживаю из-за всей этой ситуации, переживаю за своих родных, а еще переживаю из-за того, что Демид забирает меня к себе. От одной мысли об этом крутит в пупке и тягучими спазмами спускается ниже.
Я не хочу думать об этом. Не могу. Потому что начинаю сваливаться в дурацкие ванильные фантазии, а мне эта ваниль всегда боком выходит. Не хочу.
Мы проезжаем центральную площадь и останавливаемся возле супермаркета.
— Надо холодильник забить.
— Мне идти с тобой?
— Да.
Между нами натянутый разговор. Не знаю, как там у Демида, а у меня от волнения словарный запас мгновенно оскудел. И ничего кроме «ясно-понятно» выдать не могу.
— Не спрашивай, — кивает он, когда я показываю ему очередную упаковку, — просто клади.
Барханов идет по рядам, кидая в телегу все что захочется, не глядя на ценник. И я маленько в шоке от того, на какую сумму получается чек, а ему все равно. Даже бровью не ведет. Возвращаемся в машину. Пока он закидывает все в багажник, я сижу внутри и щёлкаю ноготками по обивке.
Когда Демид усаживается рядом, я уже как на иголках. Чуть ли не подрыгиваю на месте. Не хватает мне ни выдержки, ни собранности. Когда он рядом, во мне неизменно просыпается та шальная студентка, которая сходила с ума от одного взгляда. Я уж думала, она померла давно, скончалась в агонии и тяжких муках. Но нет. Живее всех живых, и отчаянно усиливает свои позиции.
Звонит телефон и Демид тут же отвечает:
— Ну что?
Я слышу мужской голос на том конце.
— Наблюдаем.
— Держи в курсе.
— Демид, — шепчу, когда выруливаем с парковки, — за нами следят, да?
— Присматривают. Стеф с парнями. Если за тобой хвост, то они засекут.
— О, Боже, — вжимаюсь в спинку, — хвост…
— Не бойся. Перестраховываемся. Надо найти того, кто приходил.
— Может, Щеглов подослал?
— Может.
— Только откуда он знает про…сам знаешь, про что.
— Хороший вопрос, Ежик. Очень хороший. Стеф прорабатывает все варианты.
Мне не по себе. Мысли скачут как шальные. И я даже не сразу понимаю, что мы едем совсем не туда.
— Куда ты меня везешь?
— Я же сказал.
— Нам в другую сторону, — я до сих пор с зарытыми глазами могу найти путь до его квартиры. Помню каждую трещинку на фасаде и скрипучий голос консьержки. Слишком много острого, болезненного и интимного, чтобы забыть. Хотя я пыталась. Все эти годы пыталась, отчаянно выдавливая его из своей памяти. Не смогла. А теперь он сам не позволит этого сделать, — или это часть хитроумного плана?
— Никаких хитроумных планов.
Тут до меня доходит.
— Ты везешь меня домой? В свой настоящий дом?
— Да.
