0
0
— О-о, — у меня нет слов.
Раньше я так мечтала увидеть этот самый дом. Заглянуть хоть одним глазком в окно, чтобы посмотреть, как он живет.
Теперь мечта сбылась, а мне жутко.
— Ты уверен…что я тебе там нужна?
— Уверен.
Зато я не уверена, что вытяну пребывание на его территории. Там, где каждый миллиметр пропитан его запахом, где каждая вещь хранит на себе его отпечаток."
"— Мне много не надо. Ты мне выдели комнату где-нибудь подальше. Я постараюсь не мешаться у тебя под ногами.
— Как скажешь.
— И как только все это закончится, я сразу уйду. Чтобы не напрягать своим присутствием.
— Да, естественно. Как только, так сразу. Соберешься и пойдешь.
Почему мне кажется, что в его голосе, несмотря на серьезность момента, звучит насмешка.
Мы выезжаем загород. Пять минут по трассе и ответвление к коттеджному поселку. Общий забор, шлагбаум, КПП с бдительным охранником. Я только успеваю крутить головой, глядя как за окном проплывают дорогие дома. Один круче другого. С ухоженными передними дворами, лужайками, туями и прудиками.
Жизнь как в кино. И мне до сих пор не верится, что это происходит со мной.
Глава 19.3
Глава 19.3
— Чего сидим? — открывает дверь с моей стороны и делает широкий жест, приглашая выйти наружу.
— Я…это…торможу. Не обращай внимания.
Цепкий взгляд останавливается на моем лице. В нем, как всегда, ничего не прочитать. Да я уже и оставила попытки понять, что у Демида в голове. Там такой занавес из льда и бетона, что лучше не соваться. Ковырнешь немного и обломками завалит.
Помню. Пробовала. До сих пор больно.
— Идем уже, — кивает на дом.
Красивый такой! Я имею ввиду дом. Два этажа плюс мансарда. Отделан бежевым и серым кирпичом. Дорожка ухоженная, вдоль нее кусты с какими-то просто нереальными розовыми бутонами.
Демид с присущей ему жесткой галантностью, отнимает у меня спортивную сумку, которую я вытаскиваю с заднего сиденья.
— Я сама! — пытаюсь бастовать, но теряю мысль, когда вижу бело-рыжую псину, размером с теленка, которая несется к нам во весь опор.
Все. Я поняла его тонкую подлую задумку. Он специально привез меня, чтобы скормить этому чудовищу.
— Сэм! Стоять!
Куда там! Эта махина, как неслась огромными скачками, так и несется дальше. Смотрит на меня. Кажется, я в ее глазах отражаюсь, как большая сахарная косточка.
— Да чтоб тебя, — Демид загораживает меня собой, хватает собаку за массивный ошейник, пытаясь удержать, — дурень, лохматый!
По-моему, я собралась прилечь в глубоком обмороке. Прямо здесь, на ухоженном ровном газоне.
— Сидеть! — гремит Барханов, и пес наконец подчиняется. Садится, подрагивая и тонко поскуливая, при этом не отрывает от меня восторженного взгляда, — не бойся. Не тронет. Разве что обслюнявит.
— Что-то он тебе не очень подходит, — потихоньку выдыхаю.
