— Тин… не ругаться бы матом, — чуть ли не рычит на меня отец, — ты играешь в блаженную или серьезно такая?! Я пытаюсь до тебя донести, что если я узнал о твоих словах, то и Артем вполне может! Что вокруг столько сердобольных доброжелателей, что рано или поздно кто-нибудь ему все вывалит. И про условия нашей сделки, и про то, как ты стонала, что надо какого-нибудь лопуха искать на должность временного мужа, до тех пор пока не надоест, а потом выпроводить его на хрен, с чистой совестью!
С каждым его словом чувствовала, как уровень паники поднимается все выше и выше.
— А что ты говорила уже после свадьбы, помнишь?
Отчаянно трясу головой, потому что не хочу помнить.
— Забыла? Так я тебе сейчас напомню, — голос настолько жесткий, что режет по живому.
— Откуда… — чуть ли не всхлипывая, спрашиваю у него, не в силах полностью сформулировать вопрос.
— Откуда знаю? Все просто Кристин, все до банального просто! На будущее запомни такую вещь, что знает один — известно только ему, что знают двое — знает целый мир.
Еле дышу, загнанно глядя на него.
— Что, дорогая коварная дочь, глаза выпучила? Наконец дошли масштабы катастрофы, созданной вот этими самыми рученьками, — грубо хватает за запястья и трясет мои руки, потом с чувством отшвыривает от себя, идет обратно за стол.
Уже сижу ни жива, ни мертва, чувствуя как каждую клеточку заполняет первобытный ужас.
— Твои слова, которые ты молола своим пустым языком, они как бомба с часовым механизмом! — лютовал отец, — Рано или поздно рванет так, что вы с Артёмом разлетитесь, словно щепки в разные стороны! Скажи, ты настолько доверяешь своему окружению, своим друзьям-подругам? Той же самой Карине?"
"В ответ молчу.









