7
0
— То есть ты передумала идти, потому что молнию заело?! — удивленно разводит руками.
— Да, — сдержанно киваю.
— А ты не думала, что сломанная молния — это всего лишь повод переодеться, а не отказаться от всего?
— Знак плохой, — пожимаю плечами.
— Ох, ты, как все запущенно, — протянул, зажмурившись, и двумя руками надавливая себе на глаза, — как же ты, бедная, живешь в этом мире? Что ни день, то непреодолимая проблема: то молнию заело, то ноготь поломался. Как только сил хватает все эти невзгоды вытерпеть?
— Ты надо мной издеваешься, что ли? — нахохлилась, сердито глядя в его сторону.
— Да это ты сама над собой издеваешься! Тин, глаза открой, ты в своей гардеробной, у тебя тут вещей столько, что хватит на целый район! Что тебе мешает извлечь свою тушку из одного платья и запихать ее в другое?
— Молнию совсем заело. Снять не получается, — ответила ему смущенно, — я уже пыталась. Там на самом узком месте, не подлезть, не подцепить.
— И сколько ты уже тут сидишь, размышляя о несправедливости бытия? — теперь он смотрел на меня в упор, сложив руки на груди, и прожигая пристальным недовольным взглядом.
— Не знаю, минут пятнадцать, наверное.
— Тин, а позвать и попросить помощи? Нет? Не твой вариант?
— Как-то в голову не пришло, — вру ему в глаза. А чего еще остается делать? Не говорить же об истинных причинах своего состояния? Не рассказывать же о том, что руки тряслись как у наркомана от мыслей о нем?
Он в два шага оказался рядом:
— Мы уже почти на полчаса опоздали, Кристин! Пожалуйста, давай живее! Разворачивайся! — чуть ли не приказным тоном произнес Артем.
Я стою, беспомощно хлопая глазами, вцепившись пальцами в свои плечи.
— Живее! — нетерпеливо повторяет парень.
Как зомби поворачиваюсь к нему спиной:
— Ты там только не порви ничего, я его только купила!
— Тин, что я, по-твоему, ни разу девушек из платья не доставал?"
"— Доставал, конечно! Пачками!
— Заткнись! — беззлобно огрызнулся он, и я почувствовала, как его пальца оттягивают край платья в сторону. О, черт. Я спокойна и холодна. Я огромный, белый, древний и просто капец какой спокойный и равнодушный ко всему айсберг.
— Ничего себе! — присвистнул он, — здесь не просто заело, а намотало так, что и не разберешь ничего. Это как так надо было умудриться?
— Я задумалась.
— Задумалась? Если не секрет о чем ты там таком думала, чтобы вот так накрутить?
Вместо ответа с губ сорвался только нервный смешок. Ага, сейчас, так я тебе и сказала!
— Выдохни! — отдал он очередное распоряжение, и я полностью избавила свои легкие от воздуха, втянула живот, так, что он чуть ли ни к позвоночнику прилип, и почувствовала, как между тканью и кожей скользнули его пальцы.
Зажмурившись, что было сил, вцепилась одной рукой в подоконник, второй удерживая платье на груди.
