Музейный артефакт

Это был обкомовский туалет, выложенный чешской плиткой, с чешской же сантехникой, с дефицитной туалетной бумагой в чистых кабинках, душистым зеленым мылом в мыльнице и бесперебойно идущей горячей водой. Тщательно вымыв мылом голову, он высушил ее под электрической сушкой, которая здесь тоже была. Бриолин отмылся плохо, но это не важно – главное, демонстрация покорности и безоговорочного выполнения указаний старшего руководителя. Таким образом, Бузякин продемонстрировал партийную дисциплинированность, о чем эта старая обезьяна Терехов обязательно узнает уже сегодня.

"

"Потом, расправив плечи и выпрямив спину, Бузякин заглянул в кабинеты своего отдела. И его заместитель, и инструкторы при появлении заведующего вскакивали, как солдаты навстречу вошедшему в казарму генералу. Но активная демонстрация уважения не помогла: все они получили хорошую взбучку за нерадивость, неисполнительность и отсутствие других качеств, необходимых настоящему партийному работнику.

В качестве образца для подражания Петр Васильевич ненавязчиво привел самого себя, немедленно выполнившего мудрое и своевременное распоряжение товарища Терехова о приведении прически в надлежащий вид. Эту же историю он рассказал нескольким коллегам своего уровня и даже персональному водителю, который вез его после работы домой – в новый дом улучшенной планировки в самом центре города. Словом, Петр Васильевич Бузякин вел себя безукоризненно с точки зрения партийной этики.

И только зайдя в прихожую своей трехкомнатной квартиры и привычно целуя вышедшую навстречу жену, он дал волю чувствам.

– Представляешь, Валюша, что этот старый козел опять вытворил…

– Пойдем, пойдем, за обедом расскажешь, я тебе борщ с грибами сварила, – успокаивающе сказала симпатичная блондинка в стеганом польском халате и погладила его по плечу.

Кто такой зловредный «старый козел», она не уточняла – это и так было ясно.

И только когда муж съел полную тарелку борща, свежие, с пылу с жару, котлеты с пюре и принялся пить чай, боевая подруга задала вопрос, который в последнее время повторялся почти ежедневно:

– Так что там этот старый пес? На пенсию не собирается?

– Какой там! – супруг пренебрежительно скривился.