Фатальная ошибка опера Федотова (СИ)

Вон они, слюнями ее уже залили и мысленно поимели во всех позах и ракурсах!

Она на всех одинаково действует.

Кроме меня.

Потому что я ее помню мелкой сопливой замарашкой, с вечно наивно распахнутыми голубыми глазенками. Очень ей это все помогало на улице, сколько раз добрые люди отпускали восвояси воровку, просто посмотрев в эти невинные прозрачные озера. Такой ангелочек не может врать…

Ага, конечно…

— Чего ржем? — вместо приветствия уточняю я, и, не получив ни одного внятного ответа, киваю Захаровой, — Захарова, на выход."

"— Это еще зачем? — спрашивает она и еще шире распахивает ресницы.

А они у нее, как у куклы, черные-черные. И длинные, тени на щеки отбрасывают… Сучка. Если б не знал на сто процентов, что это свое такое богатство, заставил бы снять. Потому что не по уставу тут с такими опахалами лазить.

— Сама же требовала, чтоб я приехал… — рычу я, уже из последних сил сдерживаясь. Вот заводит она меня с полоборота! Все время! Даже уже и зомбаком себя не ощущаю! Ожил, блять!

Хоть патентуй Захарову, как средство борьбы с живыми мертвецами!

— Аа-а-а… — она опять хлопает ресчичками, поворачивается к своим обожателям, уже опознавшим меня и теперь усиленно хмурящим брови.

Словно я на их сокровище претендую! Да нахер мне такое чудо сдалось! — Так я уже без вас обошлась… Мне вот Янин помог… — и, глядя с удовольствием и вызовом в мою, наверняка,  краснеющую от ярости морду, договаривает медленно и четко, — долго ехали, товарищ капитан. Я-то ладно, нашла выход… А вот на вызов с таким таймингом нельзя…

Как только замолкает эхо ее язвительного голоска, грохают здоровым мужским ржачем ее преданные вассалы, а меня прямо на месте подбрасывает от ярости.

Сучка! Ну сучка же, а?

— Захарова! — жутко скалюсь я в ответ, — выйди, парой слов перекинемся.

— О чем, товарищ капитан? — округляет она глаза, — у меня больше нет к вам дел…

— У меня есть! Пошла, я сказал!

Все, больше у меня нет сил с ней танцевать. Сейчас эта маленькая дрянь получит по жопе! Надо было раньше не сдерживать свои порывы, а пороть ее, засранку вредную, форменным ремнем! Может, теперь и хлопот бы поубавилось…

— Эй,  товарищ капитан, — тут же вступается за свою Дэйенерис один из дотракийцев, — что-то вы слишком много…

Я перевожу на него взгляд, и защитник тут же трусливо умолкает.

Н-да,  королева драконов пока еще не торт, пугливые у нее всадники… Но прямо верной дорогой идет… Если так дальше пойдет, то скоро трупами преданных вассалов будут устланы коридоры родного мвд.

— Ничего, Вась, я разберусь… Спасибо… — Захарова очаровательно улыбается своему рыцарю, и я прямо вижу, как парня растаскивает от ее улыбки.

Ведьма гребанная.