4
0Утыкается лбом в моё плечо. – Он… никогда меня не возбуждал и, тем более, не делал так…
– Как? – во рту пересыхает от всего происходящего.
– Хорошо…
Зачем же тогда замуж выходила? Спрошу как-нибудь потом. Сейчас явно не время и не место.
Наконец-то выключаю надоедливую воду и тянусь к пряжке ремня.
Если я сейчас не сделаю то, чего хочу… Сдохну.
– Ма, – раздаётся в тишине вперемешку с дыханием Миланы. – Ты де?
Ева…
Проснулась…
Услышав голос дочери, Радова собирает жалкие остатки сил. Тут же напрягается, берёт себя в руки. И всё. След простыл от удовлетворённой, только что испытавшей оргазм женщины.
Она вырывается из моей хватки, огибает меня и дрожащим голосом кричит:
– Крошка, мама в ванной. Что случилось? – обеспокоенно обращается к ней.
Оборачиваюсь, наблюдая, как Милка судорожно накидывает на себя халат.
– Па усёл.
Па? Это я, что ли?
Радова делает шаг и чуть не падает на слабых ногах. Хватается за ручку двери, сохраняя равновесие, и осторожно выходит из ванной. Чтобы Ева не увидела меня.
– Ты о Дине, да?
– Тя. Усёль.
– Конечно, ушёл. Поздно уже, и кому-то пора в кроватку. Ты почему не спишь? Дина же тебя уложил.
– Стафна. Темнё.
– А, Дина выключил ночник, да?
Блин, дурак. Не надо было?
– Дя, – испуганно шепчет кроха, отчего внутри меня всё бурлит. Заставил ребёнка паниковать, баран.
– Ну всё-всё, не плачь только, я с тобой сегодня лягу. Идём в твою комнату.
– А Сахаёк? Атин?
– Один. Но мы ему свет включённым оставим. А если ему страшно станет, он на диване устроится. Возьмёт постельное бельё с последней полки шкафа, там же подушку, и ляжет на диванчик.
Последние слова не до конца догоняю.
А потом до меня доходит. Это она говорит для меня.
Плюс – Милана меня не выгнала. Хотя я был уверен, что именно так она и поступит.
Правда… Мы и не дошли до того, на что я рассчитывал. А планы у меня были грандиозные…
В коридоре слышатся шаги. Звук закрываемой двери.
И я выдыхаю. Запускаю ладонь во влажные волосы, пальцами сжимаю их.
Чёрт, завтра придётся отвечать за свои действия.
Глава 51
Готовился к оправданию всю ночь. Отключился под утро, проспал несколько часов и пошёл к себе, лишь бы не видеть осуждающего или неловкого взгляда Милки.
Замок, слава богу, открыть удалось. Правда, с четвёртого раза, но я был рад и этому. Лишь бы скорее оказаться подальше от Радовой, потому что из всех слов я нашёл только одно: «Извини».
И то, я не хочу извиняться.
Зачем? Я не сделал ничего плохого. Довёл до оргазма женщину, которая испытывала его от силы пару раз в жизни. Не изнасиловал, всего лишь сделал хорошо.
Точно.
И что я должен сказать?
«Хочу тебя – вот и сорвался»? Она и так это знать должна. Я предлагал ей переспать.
«Нравишься ты мне, вот и захотелось»? Вариант. Но как-то резко.
