12
0Они стали их тщательно скрывать, сведя контакты на людях к минимуму.
— Допустим, — отозвался Виктор.
— Сестра встретила Лидию в городе в компании Шувалова, о чем та слезно попросила молчать, чтобы не расстраивать мужа. Вениамин якобы беспокоился о ее подработках на заслуженном отдыхе.
— А на самом деле причина была другой?
— Именно, никаких подработок не было. Был бурно развивающийся роман, из-за которого она и переехала в другой город.
— К чему такая конспирация? — удивился Субботкин. — Шувалов не женат, Лысенко была дамой почтенного возраста. Никто бы его не осудил, женись он на ней.
— А ее? — спросила я.
— Думаешь, она сама была против? Возможно… ведь для репутации Шувалова брак с ней был бы даже на благо: не молодуха какая-нибудь, а дама его возраста.
— Вениамин был старше Лидии на семь лет. Возможно, у него были проблемы со здоровьем. Она могла банально жалеть мужа, с которым прожила так долго. К тому же уйти из семьи в тридцать не то же самое, что в шестьдесят.
— То есть, по-твоему, Шувалов нанимает Кузнецова, чтобы избавиться от соперника, ускорив его отход в мир иной?
— Именно так. От Лидии он узнает, что она уезжает на несколько дней в родной город вместе с сестрой, без мужа. У него рождается план, как избавиться от ее супруга. Но судьба-злодейка подкидывает сюрприз в виде гриппа у сына Лидии. В последний момент она остается дома и в тот роковой вечер оказывается в машине вместе с Вениамином.
— Кузнецов говорил о том, что деньги Шувалов передавал в странном состоянии, будто с перепоя.
— Вот именно. Он отправил любимую женщину в кому фактически собственными руками. Естественно, что это отразилось на его внешнем виде. Может, и запил, — рассудила я.
— В этом что-то есть.
— Обратись к Лесных, поищите информацию, в какой больнице лежала Лидия после аварии. Вениамин скончался на месте, а она еще несколько дней пробыла в коме.
— А это зачем?
— Надо, — ответила я коротко и быстро простилась.
Утром я направилась на работу, причем сразу в кабинет Селиванова. Он что-то сосредоточенно записывал, поэтому кивком указал мне на стул напротив. Я не стала садиться, вместо этого подошла к окну и выглянула на улицу. Вид отсюда открывался на парк, кроны деревьев были сплошь разноцветными, а дорожки — золотыми от уже опавших желто-коричневых листьев. На них то и дело мелькали пятна зонтов всех возможных расцветок.
Я достала из сумки телефон и набрала номер городского цирка. Меня довольно быстро соединили со Снежаной Эдмундовной. Она с легкостью подтвердила то, о чем я уже догадывалась. Никаких подработок на благо цирка у Лидии Лысенко после выхода на пенсию не было.
