3
0
Моя рука и член отомстят ей и выполнят это в полном объеме, как только она снова будет у меня.
Но я должен отложить это на потом.
Пока что.
Я наблюдаю за ней из своего укрытия за деревом напротив окна дома Глиндон. Я познакомился со всеми их домами и их охраной, которые, как мне кажется, в порядке. Их можно было бы немного улучшить, но, опять же, они не ведут тот образ жизни, который я веду дома.
Сегодня, очевидно, день рождения Глиндон, и все там, включая Киллиана. Он собирается ударить Лэндона и в конце концов ударит его, а я здесь ради шоу.
Теперь, если только Килл избавится от него навсегда, я умру счастливым человеком.
Как будто зная, что я снаружи, Лэндон наклоняется, чтобы сказать Сесилии что-то, на что она улыбается.
Я крепче сжимаю ручки мотоцикла, но заставляю себя сохранять спокойствие.
Между ними ничего нет. Он просто действует мне на последние нервы из-за того, что я испортил ему веселье перед самым окончанием учёбы.
На днях я еще и шины ему порезал, просто чтобы поиздеваться. Похоже, мне придется разбить стекла его машины. Пока он будет в ней.
Терпеть не могу этого гребаного засранца.
Я запечатлел в памяти каждую деталь Сесилии.
Она не впадает в парализованное состояние.
Моя Сеси научилась преодолевать свою травму и выросла в это... бесплотное существо, которое я хочу спрятать от всего мира.
Но я не могу. И не буду.
Я просто хочу, чтобы она была рядом, потому что просто не могу представить себе жизнь без нее.
Бросив на нее последний взгляд, я захлопываю щиток шлема и даю мотоциклу обороты, после чего мчусь по дороге.
Через полчаса я уже в аэропорту.
Через несколько минут машина останавливается у трапа самолета.
Пассажирская дверь распахивается, и Сесилия едва не выбрасывается наружу. Она бежит ко мне, задыхаясь, ее дыхание сбилось, а лицо такое бледное, что я вижу вены.
Она берет мою руку в свою, в ее больших зеленых глазах собираются слезы. И хотя я на седьмом небе от счастья, что она прикасается ко мне, слезы мне не нравятся."
"— Почему ты мне не сказал? — ее голос хрупок и так чертовски печален, что режет меня.
— Что я тебе не сказал?
— Что ты болен. Ты умираешь? — она чуть не разрыдалась, ее крошечное тело трясется, ее придушенное дыхание наполняет воздух.
Илья выходит из машины следом, выглядя абсолютно спокойным.
— Я умираю? — говорю я.
— Я должен была что-то сделать. Скучно смотреть на эту прелюдию. — Затем он спускается по трапу и садится в самолет.
— Ты мог бы сказать мне. — Она обхватывает меня руками, ее тело прижимается к моему, когда она плачет.
