0
0Ты ж мне, поганец, всю малину обосрал, так и нарочно не придумаешь…
— Может, придет Дракон… — безнадежно протянул Карабас.
— Куда? — поморщился Крест. — Дороги не зная? Дома не зная? Ох, Дуремар ты, а не Карабас. Все прахом… — Он даже простонал коротко. — Все к черту… Блин, сам же хотел ехать…
— И чем кончилось бы? — спросила Надя так, словно в комнате не было никого, кроме них двоих. — Увидел бы, что это не Дракон, рванул оттуда — и все равно остался бы без Дракона…
— Умница, — сказал Крест, словно сплюнул. — Так это что, все рушится… Бог ты мой, бездарно-то как…
Взгляд у него на миг ушел в сторону — и Мазуру этого вполне хватило. Он прыгнул так, как давненько не прыгал, вложив все силы, весь опыт в молниеносный, отточенный бросок живой машины для убийства, зная, что не имеет права ни промахнуться, ни дать противнику возможность нажать на курок хотя бы раз — могло задеть Ольгу…
Когда так атакует «морской дьявол» — описывать словами бесполезно. Никакие слова за событиями не успеют. Вряд ли прошло больше трех секунд — а пистолет был уже в руке у Мазура, Крест лежал на полу, и Надя даже не успела отшатнуться, только мышцы напрячь успела…
Мазур встал там, где только что стоял Крест. Спокойно сказал, передернув затвор для уверенности, поймав на лету выскочивший патрон:"
"— Всем — спокойно. Милиция напротив… — Кивнул Ольге: — Отойди. А ты — на ее место. И — лицом к стене, оба. — Когда Ольга оказалась рядом, шепнул на ухо: — Всю квартиру обыщи, а веревку мне найди…
Присел на корточки, держа тех двух под прицелом, левой рукой охлопал карманы Креста, переправил себе в карман две запасных обоймы и ножик-выкидушку. Потом перевернул Креста лицом вниз — чтобы, придя в себя, тот не сразу сориентировался в пространстве. Отошел от него в другой конец комнаты, достал сигареты и закурил. Распорядился:
— Карабас, ремень из штанов вытяни и мне брось… И упаси тебя бог…
Но верзила ни о каком сопротивлении не думал — себя не помнил от страха, торопливо расстегивал неширокий коричневый ремень. Надя значительно лучше владела собой, по глазам видно, мучительно искала выход. И не находила. Мазур, пуская дым, наблюдал за ней с приятной улыбкой. Докурив до фильтра, сложил Кресту руки за спиной и, сделав из ремня «мертвую петлю», перетянул запястья, прекрасно управившись левой рукой. Присел на стул и молчал, пока не вернулась Ольга. Протянула ему кусок веревки метра в три длиной:
— Вот, все что на кухне было…
— Тоже неплохо, — благосклонно кивнул Мазур. — Разрежь на шесть кусков. Ага… Сначала этому ноги свяжи, — он кивнул на Креста, начавшего уже шевелиться.
