Неопознанный ходячий объект

– Я этого не вынесу, – громко сказала я и попыталась лишиться чувств. Ничего подобного. Женьке это тоже не удалось. Она сидела на краю ямы и громко стучала зубами.

– Может, там ничего нет, – переведя взгляд на меня, выдала она ценное замечание. Это, как ни странно, вернуло мне решительность.

– Чего нет? – грозно спросила я.

– Ну… там… в штормовке. Анфиса, скажи мне честно, это труп?

– Труп, – пробормотала я, и мне стало как-то легче. – Это труп, – повторила я, – тот самый, что сегодня искали. Есть кисти рук, есть труп, а это значит, что голова тоже была, то есть что мы ее действительно видели. – Конечно, радоваться тут было нечему, и в тот момент я ощущала душевный подъем вовсе не от удовлетворения, что нашла то, чего другие не могли найти, а оттого, что все происходящее вновь приобрело логические очертания. Никакой мистики. Никаких галлюцинаций. Есть преступление, и есть преступники, которые мутят здесь воду, а с преступниками мы уж как-нибудь справимся. – Так, – выбравшись к Женьке, перешла я на шепот. – Надо срочно сообщить участковому.

– Ага, – кивнула она, и мы уже сделали несколько шагов, когда я схватила ее за руку.

– Его нельзя оставлять.

– Почему? – перепугалась Женька.

– Ну… мало ли что…

– Анфиса, не надо меня щадить, пусть самое страшное, но правда. Ты считаешь, он того… может улизнуть?

– Так бы врезала, – не выдержала я. – Что ты дурака валяешь?

– Почему ж тогда нельзя? – еще больше перепугалась Женька.

– Потому что кто-то может его перепрятать. Скажи на милость, почему, как только стемнеет, ты становишься дура дурой?

– Кто его перепрячет? – не обращая внимания на мое замечание, спросила она.

– Убийца, кто же еще?

– А почему до сих пор не перепрятал?

– Откуда мне знать.

– О господи… Идем быстрее за участковым.

– Кто-то должен остаться.

– Я не могу, – торопливо заверила Женька, – и одна в деревню тоже идти не могу, и не надо на меня так смотреть…

– Я смотрю в другую сторону.

Если честно, оставаться мне очень не хотелось, а вдруг убийцу вовсе не испугает мое присутствие, а даже наоборот?

– Давай заорем погромче, – предложила Женька. – Может, кто услышит? – И приготовилась орать, но вдруг издала какой-то булькающий звук и схватила меня за локоть. – Там кто-то есть.

– Прекрати… – начала я, но Женька, выхватив у меня фонарь, направила его луч в темноту, и я на мгновение увидела две темные тени, они мелькнули и исчезли за деревьями, только тени вовсе не были бесплотны, я отчетливо слышала шаги.

И тут мы с Женькой заорали. А потом бросились бежать, крик наш постепенно перешел в повизгивание, а мы наконец-то ворвались в деревню. К чести участкового, спал он чутко. Когда мы подлетели к его дому, он стоял на крыльце одетый и вглядывался в темноту ночи.