5
0
С трудом устояв на ногах, я чуть отряхнулась и, перекинув узелок через плечо за спину, прижимая руку к рёбрам, которые отдавались колющей болью при каждом вдохе, как можно быстрее полезла наверх из глубокого оврага. Ноги скользили по сырому от росы склону. Но пальцы, чёрные от грязи, хватались за любые веточки и корешки, удерживая меня и не позволяя упасть.
Оказавшись наверху, я сориентировалась, с трудом припоминая эти места. Да, далековато от дома, но не настолько, чтобы точно не нашли. Ориентируясь на восходящее солнце, я побежала на запад в самые дебри.
Лесные жители волновали меня сейчас меньше всего. От людей бы скрыться. Внимательно смотря, куда наступаю, перебиралась от одного дерева к другому, не позволяя себе отдохнуть.
Лес давил, нависая надо мной скрипучими соснами.
Главное, не заплутать. Выйдя на неизвестный мне ручей, я позволила себе присесть и сделать пару глотков воды.
За моей спиной на удалении снова раздался звук охотничьего горна.
Протерев влажной рукой грязное исцарапанное лицо, снова пошатываясь, встала и побрела вдоль ручья. Ноги подкашивались, каждый вдох давался с трудом и приносил столько боли, что в пору было выть.
Силы были на исходе.
Хотелось просто прилечь у какого-нибудь дерева и забыться.
Я словно дремала на ходу, и только журчание воды под ногами приковывало моё внимание. Наступив на очередной выпуклый камень, каких по бережку широкого ручейка было великое множество, поскользнулась и упала в воду. Юбка вымокла моментом. Хватаясь руками за землю бережка, утопала пальцами в ледяной грязи.
Холод мгновенно сковал тело, но я всё равно смогла встать. Отойдя чуть от воды, снова побрела вперёд, не обращая внимания ни на потоки грязной воды, стекающей с юбки, ни на тяжесть промокшего узелка, ни на то, что в ручье в илистом дне потеряла свои ботинки.
Моё сознание тихонько отключалось и лишь неотстающий от меня звук охотничьего горна, колол мой разум и подстёгивал передвигать ноги.
Подняв голову, осмотрелась.
Перед глазами всё плыло. Где я вообще?
Кряхтя и сглатывая вязкую слюну, на четвереньках взобралась на довольно крутой склон берега и покрутила головой.
Ритуальные камни лесных.
Выложенный из гладких белых камней с начерченными на них рунами круг спутать с чем-то иным было невозможно. Там за ними начиналась территория перевертышей. Тяжело выдохнув, прислушалась.
Мой притупленный усталостью и ноющей непрекращающейся болью слух уловил лай. Похоже, собаки метались по округе.
Вскоре я не смогу передвигаться: ноги уже практически не слушались меня. И охотники меня найдут. Они просто прочешут весь лес. После того, что я сделала с барским сынком, мне просто не жить. Но не умереть мне было страшно, а пугало то, что будет до смерти.
