Его наследник

Что тут ответить? Неужели не ясно?

— Вер… ты… Ну прости. Я был груб и резок с тобой. А тебе нельзя волноваться и расстраиваться. Я не должен был так говорить с тобой. Не плачь. Ребёнку вредно.

Он мягко дотронулся до руки, взяв её в свои ладони. Второй рукой бережно стёр слёзы с щёк. Мне только и оставалось, что удивлённо смотреть на него. Игорь, который приносит извинения и признаёт свои ошибки, меня ввёл в такой ступор, что я в самом деле перестала плакать.

— А когда ты меня шантажировал детьми, принуждая к браку, ты о ребёнке подумал? — уколола его.

— Именно о детях и думаю, Вер.

Снова отвернулась от него. Хотела забрать свою ладонь, но он не отпускал. Как всегда — Игорь отпустит тогда, когда ему это захочется. Даже в таких мелочах опять принуждение.

— Этот брак и заключается ради детей, — продолжил говорить мужчина. — Дети должны рождаться в браке.

— А ещё ты мне теперь не доверяешь, — повернулась я к нему.

— Да, и это тоже. Ты скрыла от меня беременность. Ты сама дала повод в тебе сомневаться. Как тебе теперь верить? Мне будет спокойнее, если ребёнок родится в семье.

— Да, я не права была, — сухо ответила я.

— Да, — кивнул Тихомиров. — Потому что я не хочу, чтобы ты питалась чем попало и рожала ребёнка в маленькую двухкомнатную квартиру.

Нелегко признавать свои ошибки. Но если уж пошёл такой откровенный диалог, которого я, наверное, всё же очень ждала, то настала пора открыться. Игорю все эти откровения тоже давались вовсе нелегко. Я видела, какая велась внутренняя борьба в душе Тихомирова. Сейчас он будто ломал себя, чтобы сказать то, что он хочет донести до меня.

— Я думаю о судьбе детей, а не о себе только. Хочу, чтобы они имели и маму, и папу. Полную семью.

— Не всегда так получается, — посмотрела я в карие глаза. — И ничего, живут же люди и раздельно. Я ведь не запрещаю тебе с ними общаться.

— Да, но мне этого мало.

Ответ, достойный Тихомирова. Нахмурилась от его тона."

"— Пойми, Вера, — уже мягче повёл свою мысль Игорь. — Я тоже хочу жить вместе со своими детьми. Я не хочу быть просто воскресным папой. Мне хочется видеть, как они растут, как Богдан пойдёт в школу, как малыш сделает свой первый шаг, впервые поест кашу и назовёт тебя мамой.

Его слова затронули мою душу. Как не могла держать оборону, но всё равно проникалась ими. Да я понимаю Игоря. Прекрасно понимаю. Но что делать, если вместе жить у нас не получается? Кто-то должен уйти.

— Ты помнишь… Я уже потерял своего ребёнка. Не дай Бог никому это пережить. И теперь я очень хочу, чтобы мои дети были рядом со мной. Разве это преступление?

— Нет, конечно, — улыбнулась я. — Это очень хорошо, Игорь. Ты замечательный отец.