6
0
Мы подошли к зданию из бетонных блоков. Сильно и отвратительно пахло навозом.
— Чем так воняет? — спросил я.
— У нас тут свинарник, — неохотно ответил Лысый. — Подсобное хозяйство.
У ворот стояли двое нестарых, молодецкого вида сторожей с ружьями. По двору бегали крупные собаки. Подбежали к нам, посмотрели, принюхались и двинули дальше. Мы прошли мимо белой «Волги» и через обитую жестью дверь попали на склад.
Здесь стояли ящики со «Столичной» в экспортном исполнении. Завинчивающиеся пробки, красивые этикетки и знак «Союзплодимпорта». Собственно, это в этом заключался один из разнообразных интересов Лазаря.
Посреди зала стоял Сармат и что-то выговаривал тщедушному немолодому кладовщику. Поодаль стояли ещё двое парней с ружьями.
— Приехали? — кивнул босс, заметив меня и Лысого. — Причёску что ли сделал?
— Ну типа, — кивнул я.
— Молодец, — покачал головой он. — Пойдём тогда, покажу наше хозяйство. Это ваша партия здесь, видишь? Завтра будем отправлять.
Он вытащил из ящика бутылку и дал мне.
— С тарой проблема, пришлось в деревянные ящики загрузить. Сегодня будут в картон перепаковывать. От Лазаря подлянка, между прочим.
Он засмеялся и похлопал меня по плечу.
— Не робей, Стрела. Не робей. Сейчас хрюшек тебе покажу. У нас тут передовое хозяйство. Безотходное.
Мы прошли по грязной и разбитой земляной дорожке. Во дворе было неопрятно. Стоял прицеп с обтрёпанным тентом, валялись колёса, были навалены мешки с зерном.
— А ничего, что склад прямо в городе? — спросил я. — Это как с точки зрения безопасности?"
"— Это чрезвычайные обстоятельства, — махнул рукой Сармат.
Я нахмурился, а он заржал.
— Обычно мы в другом месте храним, а тут один к одному — тара, транспорт, да ещё там на основном складе херня кое-какая случилась. Вот, смотри. Моя гордость.
Мы подошли к дощатому загону, за которым в грязной жиже возились огромные свиньи. К запаху я немного привык, но здесь несло просто о-го-го. Свиньи громко хрюкали и резко визжали.
— Видал, какие красавцы?
— А зачем вам? — удивился я. — Колбасу что ли делаете?
— Колбасу? — Сармат снова заржал, но взгляд его мне не понравился.
Холодный был взгляд, оценивающий.
— Какую, нахер, колбасу! Шашлык-машлык и всё такое. Забиваем время от времени и продаём на рынке. Вы мимо Ошского рынка ехали?
— Нет вроде, я особо не ориентируюсь пока.
— Ну ладно, потом рынок посмотришь, если всё нормально будет.
— А что может быть не нормально? — спросил я.
— Всякое, — пожал он плечами с любовью оглядывая стадо.
— Здесь не все ещё. Остальные внутри, в загоне.
— А чего они так орут, будто их режут уже?
— Жрать хотят. Мы им иногда голодные дни устраиваем.
